Последняя ампула E

Траншея орёт, а мне всё равно. Пыль на зубах, кругом трупов полно. Кто-то в грязи умоляет вколи. Я ампулу прячу. Подохни в пыли. Вышел из боя, как будто в расход. Кто там остался, уже не спасёт. Мир вокруг мяса, в воронке тела. Смерть в этой грязи меня не нашла. Рядом товарищ, истерзанный бок, В маске мерцает последний глоток. Вместо того, чтоб унять его страх, Я эту ампулу стиснул в зубах. Химия бьёт по вискам, горечь во рту. Мир замирает. Я падаю в пустоту. Последняя ампула сладкий спасительный бред. Я вижу лица, что не видел так много лет. Последняя ампула тихий стеклянный рай, Где совесть мне шепчет: «Смотри на неё, Вспоминай». Пусть сердце ломается, пусть начинает болеть. Страшнее не смерть, страшнее всё это Терпеть. Своды, министратума, стопки бумаг. Я верил в систему, наивный дурак. Чернилами, цифрами выданный срок. Избавить людей от насущных тревог. Моя Лиза в практичной химии бар. Щёлочь на пальцах, бессонный кошмар. Я был только писарь, ничтожный статист, Но выкрал печать и подделал ей лист. Я ей агромир, чтобы выжить, могла. Но стража подделку мгновенно нашла. Химия бьёт по вискам, И всё слишком ясно. Меня не пытали, не рвали клещами. Я сам захлебнулся своими речами. Без боли сдал Лизу, как жалкий слизняк. А наша даже, иско, поверьте, всё так. Надеясь, что быстро убьют, я скулил. Я сам себя в этой конторе убил. Мне дали на выбор рудник и штрафбат. С моим-то здоровьем забой это ад. Я выбрал атаку, я выбрал штыки в надежде, Что выживу смерти вопреки. Теперь я смотрю в это прошлое. Жаль, не Лизу, не суд, не Совлара печаль. Мне жаль человека, которым я был в тот день, Когда душу свою схоронил. Последняя ампула сладкий спасительный бред. Я вижу лица, что не видел так много лет. Последняя ампула тихий стеклянный рай, Где совесть мне шепчет: «Смотри на неё, Вспоминай». Пусть сердце ломается, пусть начинает болеть. Страшнее не смерть, страшнее всё понимать и Терпеть. Шум затихает, рассеялся дым. Мир снова стал ледяным и пустым. Потом были месяцы грязи и вшей, Приказы, атаки и смрад от траншей. И я забывал, для чего нужен я. Кусок нечистот, а не просто броня. Я видел, как вера сменяется злостью, Как химия хрустит переломанной костью, Как люди меняют свободу на кайф, И каждый внутри говорит: «Доживай». Последняя ампула. Действие спит. И снова реальность в ушах дребезжит. Пропал кабинет. Нет ни Лизы, ни квот. Совларская бойня меня уже ждёт. Ни боли, ни шанса, ни прежних имён. Я стёрт в порошок, я в штрафбат погребён. Изо дня в день Из атаки в атаку Я превращаюсь в цепную собаку. Трезвость накрыла, вокруг только кровь. В следующий штурм отправляемся вновь.