Годы молодые

Годы молодые с забубённой славой Отравил я сам вас горькою отравой Я не знаю: мой конец близок ли, далёк ли Были синие глаза, да теперь поблёкли Где ты, радость? Темь и жуть, грустно и обидно В поле, что ли? В кабаке? Ничего не видно Руки вытяну и вот — слушаю на ощупь Едем… кони… сани… снег… проезжаем рощу «Эй, ямщик, неси вовсю! Чай, рожден не слабым! Душу вытрясти не жаль по таким ухабам» А ямщик в ответ одно: «По такой метели Очень страшно, чтоб в пути лошади вспотели» «Ты, ямщик, я вижу, трус. Это не с руки нам!» Взял я кнут и ну стегать по лошажьим спинам Бью, а кони, как метель, снег разносят в хлопья Вдруг толчок… и из саней прямо на сугроб я Встал и вижу: что за черт — вместо бойкой тройки Забинтованный лежу на больничной койке И заместо лошадей по дороге тряской Бью я жесткую кровать мокрою повязкой На лице часов в усы закрутились стрелки Наклонились надо мной сонные сиделки Наклонились и хрипят: «Эх ты, златоглавый Отравил ты сам себя горькою отравой Мы не знаем: твой конец близок ли, далек ли Синие твои глаза в кабаках промокли» Годы молодые с забубённой славой Отравил я сам вас горькою отравой Годы молодые с забубённой славой Отравил я сам вас горькою отравой