Улыбка из Ада

Отто Дикс, нарисуй мне пару кошмаров. А впрочем, сейчас хватает натуры. Смерть бродит грязною шмарой, Частью современной окопной культуры. Вот череп в каске пробитой Безразлично смотрит на сгоревший танк. Первая война давно позабыта, а эту новую Не получится уже забыть никак. Отто Дикс, ты навоевался, Хотя был добровольцем лихим. Ты выжить из сил последних старался И художником стал неплохим. Кажется, ты свои картины не любишь. На некрофила ты не похож. Смертью ты образы студишь, И она смотрит на нас с обезумевшей рожи. Культура, большевизм дегенератов правому рейху не по Вкусу. Только арийцы в форме смотрят с плакатов. У арийцев другое искусство. Отто, ты неплохой пулеметчик. Ты на мольберт сменил пулемет. Твоя кисть войны больше не хочет, И наброски неудачные мне. Твой якоб не романтичен, не поднимет боевой порыв, Глубок максимально трагичен настоящий и мощно Убивающий взрыв. Ядовитая серо-желтая лужа Блестит в глубине ухмылкой из ада. Конечности с телами не дружат. Контузия кричит, Что войн больше не надо. Цвета военного саботажа. Возмутительный народ любит войну. Отто, тебя патриоты накажут и за дегенератов на тебя Возложат вину. Твои картины прекрасной работы, Невыразимого ужаса шедевр. Гитлеру на калек смотреть неохота. Щекочут они сильно блуждающий нерв. Изенхаймский алтарь войны зовет помолиться серыми Красками. Молитвы, конечно, не снимут вины с калек, Которые стали ими напрасно. Я тоже так смогу. Я тоже так нарисую. Дайте красок. А впрочем, не надо. Так, как Дикс навряд ли смогу я. Хватит одной Ухмылки из ада.