Восстала ото сна (Version 2)

Мой мир был царством вечной мерзлоты. Хрустальный трон и стены из сказки. Я правила одна, не зная теплоты, И все мои мечты были так далеки. Я стражей на вратах поставила из льда, Чтоб не вошел в мой мир никто, Никто и никогда. Ты разжигал не светочь, а погребальный костер. Ты шёл мой тихий мир, как беспощадный вор, Чтоб пламя, что дарило мне надежду и уют, Сожрало мою душу за несколько минут. Ты думал, в жарком пепле сгину без следа, Но я в твоём пожаре восстала ото сна. Ты действовал хитрее, не брал мечом мой бастион. Ты приручал мой холод, пел ему в унисон. Ты нёс ладонях искры, говорил: "Не бойся, Верь, что мой огонь спасенье, что он откроет дверь В мир, где нет стужи, где кончается зима". И я впустила пламя Сама. Ты разжигал не светочь, а погребальный костер. Ты шёл в мой тихий мир, как беспощадный вор, Чтоб пламя, что дарило мне надежду и уют, Сожрало мою душу за несколько минут. Ты думал, в жарком пепле я сгину без следа, Но я в твоём пожаре восстала ото сна. Я шла по пеплу там, где был хрустальный сад. Смотрела, как дымится мой разрушенный фасад. Ты думал, я лишь горечь, застывшая слеза, Что будет тихо плакать, закрыв навсегда глаза. Но средь руин и пепла, мерцания огней я чувствовала Силу, что стала вдруг моей. Огонь лизал мне кожу, плавил ледяной доспех. Я слышала вдали твой равнодушный смех. Мне казалось, это финиш, предсмертный хриплый крик, Но в сердце пламени в тот самый страшный миг Я поняла: тот жар, что должен был убить, Теперь моя стихия и мне с этой силой жить. Забудь про королеву из хрустального дворца. Смотри в глаза не жертве, а вестнице конца. Мои ладони пламя, а в голосе набат. Я возродилась в пекле, чтоб мир ваш ввергнуть в Ад. Ты разбудил не женщину, ты выпустил беду. Я стала правосудием в пылающем аду.