вдвоём нас много

Я не плачу уже год. Ммм, оставил сопли в прошлом, но ёбаные мысли всё Ней. Её люблю я. Невзрачные люди, проходящие мимо, И я ослеп от дыма с труб. В моих познаниях всего осталось и лишь малейший Тонкий звук, и он прервёт все размышления о жизни, Как будто дёрнули струну. Я кофе вылил на колени, повесил позже джинсы Сохнуть. Я ушёл назад в развитие или толк, Когда за новым поворотом дерьма всё так же много, Как и позади. И не хочу идти вперёд, закрыться в ванной, Задёрнуть шторы и сидеть в углу, подобно всем Вокруг. Какой же смысл здесь во всех этих поэмах? Признание? Увольте. Я не хочу и знать, что люди слушают. И если те в таком же настроении печальном, Тотчас ревут и рвут одежду, думая о нежном и Том, что мы когда-то потеряли, не вернуть. И не получится забыть рапсодии о страсти, Ведь каждый день воспоминания зовут. И вот, листая мятые страницы, пишу я полный грусти Новый стих. Когда я думаю о ней, всегда мечтаю, Но мы уже, наверное, отнюдь не будем вместе. Мои абстрактные видения полны слезами ванной до Краёв, но я не плачу уже год. Оставил сопли в прошлом, но ёбаные мысли всё о Ней. По-прежнему медленно перехожу на прозу. На востоке солнце в пять утра уже встаёт, И я забыл свои желания и грёзы. Весь полный глупой пустотой пишу стихи в час ночи С чаем и на кухне, на кухне сам, Наедине с собой. А ты пиши мне главное побольше. И хоть не больно, но я так тебя люблю. Не просыпайся, это лишь мои стихи, А я безбожен. Есть у каждого из нас что-то такое, О чём даже не подозреваем. То существование, которому мы будем отвечать до тех Самых пор, пока не будет слишком поздно. И это что-то есть для нас всем. Именно заставляет нас подниматься терпеть, Терпеть кровь, пот и Слёзы. А всё потому, что нам хочется показать всем, какие Мы на самом хорошие, Красивые, Щедрые, умные. Можете меня бояться почитать, только, Пожалуйста, Не считайте Меня