Пассажиры

В тот день её мягкая рука неистово смяла листы, Неровным почерком на которых извивалась нитью Надежда. Потрёпанный город сушил ноздри запахом гари И пыли. Мысли сходили с ума, как стонущие шхуны, И плыли куда-то вдаль. Призраки жизни, как обычно, куда-то нервно спешили. Я поднял глаза, но увидел лишь пепел и паль. Пепел и паль. Бесконечная лестница исчезала во тьме Подсознания. Твоё платье качалось волною под Порывами ветра. Гротеск и печальная фаза момента отчаяния, Когда тела рядом, а между душами растёт километрами Пропасть. Пропасть, что вангует уверенно. Я всё это видел уже давно и не раз. Чарующий холод пронзает остро мгновение, И красная нить полосует снежную склеру глаз. Не выбраться, не переродиться, только задумчиво Чахнуть и медленно привыкать. А в чёрном небе остались одни синицы, Застыли звёздами, словно забыв, как летать. Переверни страницу и уткнись в безнадёгу обложки. Мы выпили эту чашу, обрезавшись о края. Вата хмурого дня посерела на вогнутой ложке, И мы остались навеки там любить, Не любя. любя. Мы пассажиры до конечной. Здесь едут все до конечной. Любой замысел вечный. Пассажиры до конечной. Выйду за поворотом. Мне двойной безо льда. Не курю. Очередная пятница и суббота единицу приближает к Нулю. Выйду за поворотом. Мне двойной безо льда. Не курю. Очередная пятница и суббота единицу приближают к Нулю.