Язык КОТОРЫЙ ЗАБЫЛИ

Во мне живут слова, которым нет перевода. Они скребутся в горле, ищут устья. Их ритм не в слогах, а в биении високом. Их смысл в молчании между ударениями. Ударениями. Когда-то на нем пели колыбельные ветра и слагали Договора с реками и зверями. В нем было слово для шепота трав на рассвете И для боли, что светла, как родниковая вода. Теперь лишь эхо бродит по извилинам, Натыкаясь на чужие грубые ярлыки. Во мне живут слова, которым нет перевода. Они скребутся в горле, ищут устья. Их ритм не в слогах, а в биении високом. Их смысл молчании между ударениями. Я говорю на нем лишь с собственным отражением в Луже, в стекле, в чужом безразличном взгляде. И каждый звук как ключ от двери, Что стерлась, как карта места, Которого больше не будет. Но если слушать очень тихо, можно различить, Как древний корень прорастает сквозь Бетонный слой. Во мне живут слова, которым нет перевода. Они скребутся в горле, ищут устья. Их ритм не в слогах, а в биении високом. Их смысл в молчании между ударениями.