Гончар и треснувшая ваза

Глина застыла в порыве неверного жеста. В пальцах остался лишь след от порывистого теста. Я лепил совершенство с холодным расчетом в руках. А получились лишь стены, обрывки и страх. Круг быстротечный вертится, форма Бежит и скользит. Идеал, что манил бесформенную пыль, Разлетится. Собери осколки замысла, не гонись за Чертой. Прими эту кривизну, сохрани шрам Живой. Печь исказила рисунок, глазурь не легла, Как мечта. Ваза молчит, отворачивая горлышко, Пустота. Но в этом изломе, в сколотой грани плеча Таится отблеск иного незваного бытия. Круг быстротечный вертится, форма Бежит и скользит. Идеал, что манил в бесформенную пыль, Разлетится. Собери осколки замысла, не гонись за Чертой. Прими эту кривизну, сохрани шрам Живой. Живой шрам, где неудача поет Свою песнь. Где изъян становится главною Гранью, где честно. Круг быстротечный вертится, форма Бежит и скользит. Идеал, что манил в бесформенную пыль, Разлетится. Собери осколки замысла, не гонись за Чертой. Прими эту кривизну, сохрани шрам Живой. Прими. Сохрани шрам.