Дурной поступок

Луч луны — это нить, чтобы меж собою сшить Грёзы, явь, век и миг, под белыми веками Если ты был смирён, окунёшься в сладкий сон Но, коль проступок был свершён, 13 раз услышишь звон И маятник сойдёт с ума, и гостя в сон извергнет тьма Кислород на ноль, паралич, пот, пульс как дробь Тихо-тихо-тихо... Паника тут — враг С её подачи может скрыть пол густо кровь Не доводи меня, дитя. Я тебе не бес из-под софы С копеечными скримерами, вроде визга совы Полно, глядя искоса, выть Папина песенка праведника занимательна, но он пустослов 7.2.1992 — день сбоя в матрице Пуповина спрутом не додушила чадо Свыше был дан указ: брать отклоненье злое на прицел Свиток судеб выронил строку — это смуты начаток Так-так-так, ну и кто тут у нас? С таким пафосом обошедший поток отсева младенцев Ведь должен был остаться зерном, что тщетно зрело под сердцем Дабы не поругать мир как дисгармония топота — вальс Дитя, твоё имя значит "высокочтимый" И, казалось бы, не даром твой проход сюда я не устерёг Но вижу твой путь на одну четвёртую века вперёд И там пустошь. В ней не найдём смысла почти мы Ты — продукт случайной связи двух тел В гуще пьяного шабаша был их дух смел Теперь твоё генетическое приданное — клише мещан Что воздвигают алтари в своей душе вещам Вами заполняют пустоты, вы — реквизит Но ты — паразит 3-го сорта и должен быть убит Хоть, и на вид безобиден и мал Но велит нам Ювелир поделить сор и малахит Вакуум-вакуум вижу, хоть тебе день от роду Каждый твой грядущий год лишь будет множить праздные застолья Чистка больных ячеек нужна белому городу Начав с тебя, эту миссию свершу, позволь я Из-за пазухи тёмной мантии возник горящий кол И ужас на лице младенца проложил траншеи морщин Крик бьётся в двери спальни, звенят щеколды Смертоносный пик на расстоянии от шеи в аршин Оу... Я слышу, сюда ломится твой отец Лицемер, что струпья пороков прикрывает иконой Он породил духовный муляж, но я ловец И ты правосудием к кровати прикован Густая стая ласточек бьётся о раму окон В тщетных потугах донести небес обличающий гам Мы не против самосуда, но он на рану — огонь Уверяю себя в правоте, но слёзы бегут по щекам Дурной поступок — оставить сорняк или убить живое? Дилемма топчется холодом неистовым по ногам Что может быть предсмертного хуже воя Малыша, едва ли вкусившего материнского молока? Живи, но через 25 пустых лет Ты женишься, возобновив скрип адских шестерёнок Я приду за отроком твоим — мой тебе завет Это вечная ночь, где "Рассвет" — беспомощный ребёнок! Луч луны — это нить, чтобы меж собою сшить Грёзы, явь, век и миг, под белыми веками Четверть века прошла, но душа твоя пуста Ты всё ещё реквизит, и он повторит визит