И душа моя в тени

Вот и утро, снова день, И душа моя в тени. Жизнь глубоко сплетен бед, сквозь обман и боль Бродит. Счастье лишь обманчивый сон, Растворяясь, не вернув, И ломает душу стон, и стирает радости Контур. Эта жизнь сложна, как горный путь. С ней бороться вечный труд. Там, где прежде слышалось "люблю", Теперь лишь эхо и грусть. В этом танце страсти и лжи сердце плачет, Рвется из груди. Между "верю" и "ты мне чужой" бьется так Печально Вечный бой. Были клятвы, светлые мечты, Что казались навсегда. А потом холодные "прости" И осколки, как всегда. Видел блеск счастливых глаз, верил в Искренность и тепло. Но пришел тот страшный час, когда все истлело, Все ушло. Эта жизнь сложна, как горный путь. С ней бороться вечный труд. Там, где прежде слышалось "люблю", Теперь лишь эхо и грусть. В этом танце страсти и лжи сердце плачет, Рвется из груди. Между "верю" и "ты мне чужой" бьется так Печально Вечный бой. И пытаешься понять, почему рушится Все, что так строил. Каждое "не трогай, я тебя зову" обречено быть Растерзано болью. Можно ли найти свет среди гроз и построить дом, Где будет любовь? Или просто сбиться с ног до слез, Повторяя, все забыть, начать все вновь? Эта жизнь сложна, как горный путь. С ней бороться вечный труд. Там, где прежде слышалось "люблю", Теперь лишь эхо и грусть. В этом танце страсти лжи сердце плачет, Рвется из груди. Между "верю" и "ты мне чужой" бьется так Печально Вечный бой. Горький рассвет, затяжной рассвет, Но душа не сдастся, найдет ответ. Насквозь боль, насквозь обман. Пусть звучит мелодия, песня ран. Пусть звучит мелодия, песня ран. Пусть звучит мелодия, песня ран. Пусть звучит мелодия, песня ран.