Их место в могиле 1994

Буран, мы сошли с ума, в наших чердаках гной На ледырах. Священник сказал, а люди повторили: "Убирайтесь к черту, ваше в могиле". Просыпайся в трав, ты слышишь слова, Ты давно уже мертвец, твоей башке дыра. Мой дом в тараканах весь, Он напоминает мне палату номер шесть. Не зная ничего, мы знаем обо всем, Но смысл психоз не поймете вы днем. День делится на разные части. Да! Утро начало несчастья. Да! Редкостью грязной наступает вечер, И дымным огнем загорается цепь. И ночь, ночь, ночь впереди, она начало другого пути. И вот уже ночь, как будто другой, Я вовсе не я, я отражение огня, Я энергия цели, я злости комок, На фразы свои я не вешаю замок. Рожденный плакать смеяться не может, Но выстрел идей не все уничтожит. Выстрел идей никого не потревожит, И никто тупой башкой догадаться не сможет. И мешковый буран на кирпичной стене, Темный смысл граффити поймете во сне. Пойми непонятное, но не менее объятное скольжение Родины в ад. И думай, что время во время сна, А потом крикни и взорвись, открой глаза. Ты уже покойник, в твоей башке дыра. Буран, мы сошли с ума, в наших чердаках гной На ледырах. Священник сказал, а люди повторили: "Убирайтесь к черту, ваше место в могиле". Буран, мы сошли с ума, в наших чердаках гной На ледырах. Священник сказал, а люди повторили: "Убирайтесь к черту, ваше место в могиле". Буран, мы сошли с ума, в наших чердаках гной На ледырах. Священник сказал, а люди повторили: "Убирайтесь к черту, ваше место в могиле". Буран, вокруг нас война, мы сами по себе, Мы с ума. Пропаганда ночи, горести кричи, А края для нас в подземельях нет. И мой город родной какой-то вес, Сбросивший с себя весенний успех. Поет песнь свою роль милую о роли поэта в Рабочем краю. Но время покажет, Оно все расскажет и, может, разложит, Не все уничтожит. Задайте вопрос: зачем тебе жить при жизни вонючей Кого-то любить? Я солнца не видел много годов, Я видел лишь его отражение, отражение огня сырой Земли, превращение лета из холодной зимы. И когда придет время что-то сказать и заходит солнце Без надежды встать, то тогда ты крикнешь: "Это все, что я мог. Преврати свою жизнь в Гнойный подрот". У того, что в земле оставив свой След, как люди говорят, уйти на тот свет. Понимая Смысл всяких вещей, открываешь мир бедовых нитей. Но никто не захочет что-то менять, И никто не захочет уйти в полет. Кто захочет понять, увидеть в нас тысячи годов, Тысячи фраз, тысячи врагов, тысячи глаз, Но никто своим дерьмом не вытащит нас. Открываешь глаза, на глазах слеза, И люди крикнут: твоей башке дыра". Улыбаясь так, как кто-то скажет в ответ: "Поэт, в этом смысла-то нет". Буран, мы сошли с ума, в наших чердаках гной На ледырах. Священник "Убирайтесь черту, место Сказал, а люди повторили: "Убирайтесь к черту, Ваше место в могиле". Буран, мы сошли с ума, в наших чердаках гной На ледырах. Священник сказал, а люди повторили: "Убирайтесь к черту, ваше место в могиле". Мы сошли с ума, в наших чердаках гной на Ледырах. Священник сказал, а люди повторили: "Убирайтесь к ваше место в могиле". Все Уже Поздно, остановки нет. Мы уже в пути на тот свет. Мы уже в пути на тот свет. Мы уже в пути на тот свет. Мы уже пути на тот свет. Мы уже в пути на тот свет. Мы уже в пути на тот свет. Мы уже в пути на тот свет.