Глава 1 Цикл передач на радио Эхо

Владимир Высоцкий. Это не биография и не дискография, Это не хронология творчества и жизни. Это просто рассказ, у которого есть начало, Но не может быть конца. Это программа о Владимире Высоцком. Песни, стихи, роли в театре и кино, Памятные места, события, друзья, концерты все, Что так или иначе связано с Владимиром Семеновичем. А начнем мы с себя, точнее с Нового Арбата, Где наше Эхо обитает уже более двадцати лет. Вот мы подумали, неужели у Высоцкого нет никакой Песни про Новый Арбат? Конечно, есть, потому что у него, кажется, Есть песни обо всем. Первая песня-сказка. Мы сейчас с вашими товарищами беседовали о том, Что необходимо сохранять памятники старины и как с Ними варварски обращаются. Эта песня немножко имеет к этому отношение, хотя это И сказка. Это сказка о старом доме на Новом Арбате, который сломали и вместо него сейчас Построили уже большие двадцатиэтажные корпуса. Стоял тот дом, всем жителям знакомый. Его еще Наполеон застал. Но вот его назначили для слома. Жильцы давно уехали из дома, но дом пока Стоял. Холодно, холодно, холодно в доме. Парадное давно не открывалось. Мальчишки окна выбили уже, и штукатурка всюду Осыпалась. Но что-то в этом доме оставалось на Третьем этаже. Ахало, охало, ухало в доме. И дети часто жаловались маме и обходили дом тот Стороной, объединясь с соседними дворами и вооружась Лопатами, ломами. Вошли туда гурьбой Дворники, дворники, дворники. Тихо! Они стоят и недоумевают, назад спешат, Боязни не тая. Вдруг там Наполеона дух витает. А может, это просто слуховая галлюцинация. Боязно, боязно, боязно дворникам. Старый дом снесли и построили то, что Юрий Нагибин Назвал потом вставной челюстью Москвы. В одном из зубов этой челюсти мы сейчас и Сидим. Интересно, что мелодию песни-сказки о старом Доме придумал не сам Высоцкий, а Микаэл Таривердиев. Высоцкий же, естественно, сочинил слова, И песня должна была прозвучать в опере Таривердиева "Кто ты?". Но так сложилось, что песня вошла не в оперу, А в фильм. Фильм назывался "Саша-Сашенька". Снял его Виталий Четвериков в шестьдесят шестом году На Беларусьфильме. Но вот что любопытно, Песня-то очень известная, а вот о фильме сегодня уже Почти никто не помнит, хотя это было всего второе Появление Высоцкого в кино в качестве автора песен. Более того, для подавляющего большинства поклонников Вообще было открытием, что Высоцкий участвовал в Такой картине. Еще и потому, что сам Владимир Семенович про "Сашу-Сашеньку" говорил крайне редко. И фильм этот не просто не любил, а называл Очень плохим фильмом, куда по недоразумению отдал Свои песни. Роль у Высоцкого сугубо эпизодическая. В титрах он вообще никак не указан ни в Качестве актера, ни как автор песен. Более того, Высоцкого по какой-то загадочной причине Еще и переозвучили. В точности даже неизвестно, кто именно поет в тот Момент, когда Высоцкий сидит в кадре с гитарой и Открывает рот. Вот как звучит эта песня в исполнении Неизвестного художника. Парадное давно не открывалось. Мальчишки окна выбили уже, и штукатурка всюду Осыпалась. Но что-то в этом доме оставалось на Третьем этаже. Ахало, охало, ухало в доме. Так же нелепо, как звучит песня Высоцкого в чужом Исполнении, выглядел и весь этот фильм. Там, к слову, не только Высоцкого переозвучили. В главной роли должен был сниматься Валерий Золотухин, но его просто выгнали якобы за Профнепригодность, заменив исполнителя главной роли. При том, что актеры были прекрасные Лев Прыгунов, Нина Шацкая, да и режиссера Виталия Четверикова Считали очень талантливым человеком. Но получилась такая работа, о которой никто потом не Говорил с удовольствием. Исполнители главных ролей с трудом вспоминали свое Участие в "Саше-Сашеньке". Почти никто из них фильма целиком даже не видел. И только у Натальи Селезневой остались о тех днях Прекрасные впечатления, но лишь потому, Что именно на съемках этого фильма она познакомилась С Высоцким. Селезнева вспоминала, что ночью в поезде по пути на Съемки в соседнем купе кто-то достал гитару, Заиграл, запел. Голос меня совершенно потряс. Я влюбилась в этот тембр. Мне безумно хотелось постучаться к ним в купе и Сказать: "Можно мне к вам?" Но было неловко, а хотелось просто сидеть и слушать Эти песни, слушать этого парня с гитарой. Просто присутствовать хотелось, познакомиться лично. Но познакомились они уже только когда приехали в Минск. И потом, как говорила Селезнева, Мое восхищение его талантом все росло и со временем, Уже позднее перешло в абсолютный фанатизм. Вот такая история про плохой фильм с лицом Высоцкого И чужим голосом, в котором была хорошая песня про Старый дом на Новом Арбате. Но наконец приказ о доме вышел, И вот рабочий тот, что дом ломал, Ударил с маху гирей по крыше, а после клялся, Будто бы услышал, как кто-то застонал. Жалобно, жалобно, жалобно в доме. От страха дети больше не трясутся. Нет дома, что два века простоял, И скоро здесь по плану реконструкции ввысь этажей Десятки вознесутся. Бетон, стекло, металл. Весело, здорово, красочно будет. Эту песню про старый дом Высоцкий исполнял в январе Шестьдесят восьмого года на концерте в Московском Радиотехническом институте. А я, пользуясь возможностью, хочу поблагодарить за Неоценимую помощь в поиске фонограмм и вообще всего, Что связано с подготовкой этой программы, наших Друзей из творческого объединения Ракурс и лично Александра Ковановского, Валерия Басина, Игоря Рахманова и Олега Васина. Ну а с нашим Новым Арбатом у Высоцкого связана Еще одна история, отчасти тоже грустная. В семьдесят девятом году в Москву приезжало Итальянское телевидение RAI специально, Чтобы снять фильм о Высоцком. Приезжали дважды зимой и уже летом снимали его на Таганке, снимали дома, снимали в знаменитом Мерседесе. по сценарию одним из гвоздевых эпизодов Фильма должен был стать выход в народ. Предполагалось, что увидав вот так запросто на улице Живого Высоцкого, обычные люди немедленно окружат Его и разорвут на сувениры. Снимать этот эпизод как раз и поехали к дому Номер двадцать два на Калининском проспекте, то есть На Новом Арбате, где тогда рядом с кинотеатром Октябрь был известный на всю Москву магазин Грампластинок Мелодия. И затея, в общем, провалилась. Зимой Высоцкий просто постоял на крыльце в дубленке Кепке, и никто не обратил на него ни малейшего Внимания. А летом разыграли уже целую сцену. Семенович на ступеньках постоял и внутрь зашел, И даже вернулся за деньгами, чтобы купить несколько Дисков, в том числе своих собственных. Но народ даже летом без дубленки и кепки в Центре Москвы просто шел мимо, обращая внимание Разве что на телевизионщиков иностранцев. И для итальянцев это стало прекрасной иллюстрацией. С одной стороны, перед ними был человек, голос Которого тогда знала действительно вся страна, А с другой стороны, в лицо его знали немногие. Я не говорю о том, что тогда не было Интернета, но ведь было телевидение. Так вот, по телевидению, если не считать ролей в Кино, Высоцкого при жизни не показали ни разу. Да и в кинематографе главных ролей у него было Немного. После выхода Вертикали прошло двенадцать Лет, а до выхода Места встречи оставалось еще Несколько месяцев. Конечно, тысячи зрителей успели Побывать на Таганке, тысячи приходили на концерты, Но Высоцкий все равно оставался великим неизвестным. Неизвестно и какие именно пластинки он купил во Время съемок для итальянцев, хотя одну из них он Даже крупно показывает в кадре оборотной стороной. Поэтому мы решили поставить для вас песню Темнота Впереди с миньона, выпущенного как раз фирмой Мелодия, где Высоцкий поет сопровождении оркестра Под управлением Бориса Федорова. Темнота впереди. Подожди. Там стеною закаты багровые, Встречный ветер, косые дожди и дороги. Дороги неровные. Там чужие слова, там дурная молва. Там ненужные встречи случаются. Там сгорела, пожухла трава. И следы Не читаются в темноте. Там проверка на прочность, бои И туманы, и ветры с прибоями. Сердце путает ритмы свои И стучит с перебоями. Там чужие слова, там дурная молва, Там ненужные встречи случаются. Там сгорела, пожухла трава. И следы не читаются в темноте. Там и звуки, и краски не те. Только мне выбирать не приходится. Очень нужен я там, в темноте. Ничего, Распогодится. Там чужие слова, там дурная молва. Там ненужные встречи случаются. Там сгорела, пожухла трава. И следы не читаются в темноте, И следы Не читаются. Песня, кстати, очень нравилась и самому Высоцкому. Не случайно он записал ее еще раз на Одном из знаменитых французских дисков. Впрочем, это, конечно, уже другая отдельная история. Ну а мы с вами помним, что двадцать пятого Января Владимиру Семеновичу исполнилось семьдесят Восемь лет, и в качестве поздравления хотим показать Вам, как отмечали сорокалетие Высоцкого прямо на его Концерте. Двадцать пятого января тысяча девятьсот Семьдесят восьмого года, Северодонецк. Ну что ж, дорогие мои товарищи, я хотел бы Закончить, и я только хочу вам одно сказать. Я очень рад, что мне удалось у вас выступить, Потому что никогда я не обхожу институты, Когда меня приглашают. Извините, что это было днем, а не было, Когда это было вам возможно. Вы знаете, как я здесь плотно работал. Я вырываюсь довольно редко, раз в несколько месяцев, И хочется как можно больше людей принять у себя На выступлениях. Но вы видели, Что я для вас программу построил немножко По-другому, потому что эта обстановка чуть-чуть Другая, чем там. Я благодарю вас, Благодарю вас действительно искренне и уезжаю с Настроением хорошим. А уезжаю я через минуты две. Благодарю вас и до свидания. Дорогие товарищи, сегодня у Владимира Семеновича День рождения. Разрешите от вашего имени поздравить его и зачитать Приветственный адрес. Владимир Семенович, примите наши горячие Поздравления с днем рождения. Ваш неувядаемый талант поэта, артиста и исполнителя Авторских песен много лет приносит большую радость Огромной аудитории советских зрителей всех возрастов Профессий. Желаю вам здоровья, Радости, большого личного счастья и дальнейших Творческих успехов. Коллектив Научно-исследовательского института управляющих и Слитых машин, Северодонецк. От всей души, от имени всех присутствующих разрешите Поздравить вас с днем Рождения. Здоровья вам. Дорогие мои, спасибо. Я правда, я растроган. Но я вам должен сказать, что не надо меня Звать Владимиром Семеновичем рано еще. Спасибо. Владимир Высоцкий.