Исповедь бродяги

Господи, Прости меня, Грешного долго. Я шёл к тебе Через тернии к свету. Я стою у ворот, Шапку скомкав в руках, А на сердце зима И в душе липкий страх. Столько лет я плутал По кривым по путям, Столько грязи прилипло К усталым ногам. А над храмом святым Синева, синева, И от звона плывёт, как в тумане, Голова. Я не смею войти, Я топчусь у крыльца. Не достоин поднять Я на небо лица. Золотые купола душу мне слепят, Словно ангелы с небес на меня глядят. Ты прости меня, Господь, за мои грехи, За холодные дела и за злые дни. Пусть малиновый звон полетит над землёй. Я сегодня пред тобой, как листок сухой, Упаду я к образам, прошепчу: "Спаси!" Тяжело этот крест мне одному нести. Дверь скрипучая в храм Отворилась слегка. Пахнет ладаном здесь И дрожит рука. Старый батюшка вышел, Седой как лунь. Взгляд такой, будто знает Про каждый мой июнь. Не спросил он про масть, Не спросил, кто таков, Лишь вздохнул тяжело От моих оков. Положил мне ладонь на плечо, как отец. Заходи, брат, Согрейся. Вернулся боец. Ставлю свечку дрожащую за друзей тех, Что сгинули там, в темноте лагерей. Пусть горит огонёк, пусть воск плачет слезой. Я хочу обрести наконец-то покой. Не воля, не деньги, не фарт воровской, Только вера нужна мне И голос твой. Золотые купола душу мне слепят, Словно ангелы с небес на меня глядят. Ты прости меня, Господь, за мои грехи, За холодные дела и за злые дни. Пусть малиновый звон полетит над землёй. Я сегодня пред тобой, как листок сухой, Упаду я к образам, прошепчу: "Спаси!" Больше нету сил Мне одному идти. Батюшка... Благослови... На новую жизнь. Аминь.