Кавказский пленник

А жара! Хей! Братця, Тише! Раньше за мной ездил бобик, А теперь за мной едет свадебный кортеж. Слушай сюда! Я раньше угонял Приоры, дерзкий был джигит. Теперь я угнал твое сердце, и оно во мне Болит. Я был в федеральном, брат, теперь я в идеальном. В мире твоих глаз тону я капитально. Меня искали опера, сбивались с ног, А я в твоих кудрях нашел свой уголок. Я брал кассы, брал ларьки на абордаж. Теперь я брал кольцо, вошел кураж. Раньше план это статья, дым над головой. Теперь мой план это семья и дом с тобой. Меня закрывали в клетку, вешали замки, А ты открыла душу мне с одной руки. Ой, мама джан, я попал в капкан, Не ментовский, а любовный. Вот такой роман. Мне судья паял пятнашку строгого, А любовь дала мне срок до гробового. Это пожизненный, братцы, режим. Мы с тобою, Джана, в небо улетим. Я украл тебя по старому закону, Но не поеду я за это, брат, на зону. Мой этап это ЗАГС, моя шконка кровать. Буду я тебя, родная, охранять. Раньше я стрелял с травмата в потолок. Теперь ты стреляешь глазками, и я у ног. У меня была крыша, воры да бродяги. Теперь моя крыша едет от твоей походки, Бедолаги. Я требовал выкуп за чужих людей, А теперь за твой поцелуй отдам сто рублей. Нет, Сто коней. Меня вел конвой с собаками злыми. Теперь наш конвой с сигналами золотыми. Я жил по понятиям, волком смотрел. А с тобою, ласточка, я подобрел. Мой ствол заржавел, но цветет миндаль. Мне прошлой жизни, веришь, ни грамма не жаль. Ой, мама джан, я попал в капкан, Не ментовский, а любовный. Вот такой роман. Мне судья паял пятнашку строгого, А любовь дала мне срок до гробового. Это пожизненный, братцы, режим. Мы с тобою, Джана, в небо улетим. Я украл тебя по старому закону, Но не поеду я за это, брат, на зону. Мой этап это ЗАГС, моя шконка кровать. Буду я тебя, родная, охранять. Слушай, брат, Тюрьма меня не исправила, Лагеря не сломали, А она, Она просто улыбнулась, И я сам надел браслеты Обручальные. Танцуют все! Опера танцуют, воры танцуют. Любовь она выше закона, Она сама Закон. Она сама.