« В день, когда мы, поддержкой земли заручась…» (1973)

В день, Когда мы, поддержкой земли заручась, По высокой воде посоленой своей, Выйдем точно в назначенный час, Море станет укачивать нас, словно мать Непутевых детей. Волны будут работать, и в поте лица Корабельные наши борта иссекут. Торопливо машины начнут месяца составлять Из ритмичных секунд. А кругом только водная гладь, благодать, И на длинные мили кругом ни души. Оттого морякам тяжело привыкать засыпать После качки в домашней тиши. Наши будни без праздников, без выходных. В море нам и без отдыха хватит помех. Мы подруг забываем своих. Им до нас, нам подчас не до них. Да простят они нам этот грех. Нет, неправда. Вздыхаем о них у кормы и во сне имена Повторяем тайком. Здесь совсем не за юбкой гоняемся мы, Не за счастьем, а за косяком. А кругом только водная гладь, благодать. Ни заборов, ни стен. Хоть поши, хоть пляши. Оттого морякам тяжело привыкать засыпать После качки в уютной тиши. Говорят, что плывем мы за длинным рублем. Кстати, длинных рублей просто так не добыть. Но мы в море за морем плывем И еще за единственным днем, о Котором потом не забыть. И когда из другой непохожей весны мы к Родному причалу Спешим прямиком, растворятся морские ворота страны Перед каждым своим моряком. Здесь кругом только водная гладь, Благодать и вестей никаких, сколько нам ни пиши. Но потом морякам тяжело привыкать засыпать После качки в уютной тиши. Всякий раз уплываем с землей, обрыч обручась с Этой самой верной невестой своей. Но приходим в назначенный час, Как бы там ни баюкала нас море, Мать непутевых детей. Вот маяк нам забыл подморгнуть с высоты, Только пялит глаза. Ошалел, обалдел. Он увидел, как траулер встал на винты, Обороты врубив на предел. А на пирсе стоять все равно благодать. И качаться на суше До крика души нам, вернувшимся, Не привыкать. Привыкать после громких штормов к долгожданной Тиши.