Частушки («Гули-гули-гуленьки…») (1974)

Гули, гули, гуленьки, девки и гуленьки. Вы оставьте мне на память в сердце загогуленьки. Вы оставьте мне на память в сердце загогуленьки. Не гляди, что я сердит, по тебе же сохну-то. Я не с фронта инвалид, я любовью трекнутый. Выходите-ка, Ванечки, да Манечки, Мотанечки. Вы что стоите как старушки, Божьи одуванчики? Милый мой каменотес сильный он да ласковый. Он мне с Англии привез лифчик пенопластовый. Здесь мода отстает. Вот у нас в Австралии очень в моде в Этот год в три обхвата талии. Уж не знаю я, как тут, а, к примеру, В Дании девок в загсы волокут при втором свидании. Я не знаю, как у вас, а у нас Во Франции замуж можно десять раз и все без Регистрации. Ой, давай, давай, давай! А то в берег врежемся. Не вставай в такую рань, давай еще понежимся. Без ушка иголочка. Оля, Ольга, Олечка, ты поднеси-ка инвалиду стольки Да полстолечка. На пути, на перепутье молодуху сватал дед. Сперва думали, что шутит, а оказалось, Что нет. Мой миленок все топил, Дочту и допьяна, потому и наступил в мире кризис Топливной. Ты не вой, не ной, не ной. Это кризис нефтяной. Надо больше опасаться, что наступит спиртовой. Гляну я одна семья на таком воскреснике, Да все друг другу сыновья albo даже крестники.