Слезы на носки

Стекло разделило нас тонкий рубец. За ним её руки, седые виски. Я прячу в кулак зарешеченный свинец, А мама роняет слезу на носки. Она не ругает, не плачет навзрыд, Лишь тихо целует холодный экран. Мой срок, как могила, лицом к ней закрыт, А мама всё гладит меня сквозь туман. Мама, прости, что я стал не сыном. Вместо тепла только холод стекла. Ты под конвоем, с одним лишь клином света, Что память моя сберегла. Мама, не плачь, я вернусь, не бойся. Вырвусь из этих ржавых пут. Свиданье как нож под дых стройся видеть, Как губы твои слёзы жгут. Она привезла мне "Беломор" и просфору, Забыла очки и читает по губам. Я вру, что кормят нормально, не давят на кору, А сам не могу проглотить этот стыд по губам. Я помню, как в детстве она заслоняла, Когда участковый стучал в ржавый щит. Теперь я за решёткой, и это наказание сильней, Чем любой лагерный блатной бандит. Мама, прости, что я стал не сыном. Вместо тепла только холод стекла. Ты под конвоем, с одним лишь клином света, Что память моя сберегла. Мама, не плачь, я вернусь, не бойся. Вырвусь из этих ржавых пут. Свиданье как нож под дых стройся видеть, Как губы твои слёзы жгут.