Песнь волынки в чащобе

Волынка поет, и просыпается бор, И шелестит листва в полумраке. Не людской напев, не крик, не зов, А голос земли, что помнит века. Она хранит след богатырских ног, Шепот ручьев, что текли меж корней, Пламя костров, где грелся наш род, И песни, что в сердце живут сильней. Не смолкнет, не сгинет, не канет во тьму, Как корни, что держат землю. В каждом звуке сила предков, в каждой ноте Их завет. Песнь волынки в чащобе зов, что ведет нас сквозь Мрак, сквозь сон, мы от звук ее звон. Мы свет их огня, мы несем их слово сквозь Времена. Нас песнь волынки в чащобе не миф. Это пульс, что живет в груди. Пока слышим мы, не одни, а поем, Мы живы. В каждом доме, в каждом огне, в каждом Хлебе, в каждой весне слышим их. Не гром, не крик, а тихий шепот: Ты не один. Они в узорах на рушниках, в песнях, Что поют старики, в силе рук, что Землю пашут, в мудрости, что не продается за гроши. Не смолкнет, не сгинет, не канет во тьму, Как корни, что держат землю. В каждом звуке сила предков, в каждой Ноте их завет. Песнь волынки в чащобе зов, что ведет нас сквозь Мрак, сквозь сон, мы от звук ее звон. Мы свет их огня, мы несем их слово сквозь Времена. Нас песнь волынки в чащобе не миф. Это пульс, что живет в груди. Пока слышим мы, не одни, а поем, Мы живы. В каждом вздохе их дыхание, в каждом Взгляде их знание. Мы продолжение их пути, мы их песня, Мы их свет. Песнь волынки в чащобе зов, что ведет нас сквозь Мрак, сквозь сон, мы от звук ее звон. Мы свет их огня, мы несем их слово сквозь Времена. Нас песнь волынки в чащобе не Миф. Это пульс, что живет в груди. Пока слышим мы, не одни, а поем, Мы живы. Песнь волынки в чащобе. Память, память. Память, память.