На балконе

А я курю на балконе. Стою смотрю я на детей внизу. Все играют, веселятся, а я реветь от Этого хочу. Я у тети тут живу в Москве. Перебралась я совсем недавно. Сюда я приехала одна. У меня была семья. М-м-м, как-то рано в шесть утра в городе рвались Снаряды. Нам сказали: "Уезжайте!" Но куда и на чем нам не сказали. Я с двумя детьми бежала со всех ног В сторону вокзала, и вокруг все Разлеталось и гремело. Я копаю палкой яму, надо дочку Хоронить. Старшей было десять лет, больше нет ее Теперь. Младшая стоит и смотрит, И не может шевелиться. Вокруг снаряды рвутся, и никто нам не Поможет. Рядом взрыв и темнота, потом больница, Крик от боли. И следа того, что младшая не дожила. Я курю на балконе опять. Дым густой душу рвет. Кто смеется, кто играет, а я тут умираю Изнутри. Я курю, чтобы заглушить эту боль, Но дым только глушит голос мой. В Москве я чужая, здесь нет места мне, В груди лишь осколки войны. Смотрю на небо такое же серое, Как в тот день, когда все умерло. Я не прошу жалости, не прошу тепла. Просто хочу, чтобы все забыли меня. Как это, когда земля горит? Как это, когда дети кричат? Как это, когда жизнь как миг и ты не Успела, не смогла, не смогла. Не смогла. А дети внизу смеются, бегут, их мамы зовут их Домой. А у меня дома нет и звать некого, Лишь дым да воспоминания со мной. Я курю, чтобы не плакать. Но слезы все равно текут. Москва не мой город, не мой дом. Здесь я лишь тень, что в себе несет горе. И если кто-то услышит мой стон, Не думайте, что это просто ветер. Это крик из разбитых сердец, это голос тех, Кто остался в плену. А я курю на балконе опять, и время, Как дым, улетает. Кто-то живет, кто-то мечтает, а я тут лишь медленно Умираю.