Табакерка (Екатерина II)

Екатерина Великая, польским послом Недовольная, Резко и желчно позволила с ним говорить о Делах. Статс-секретарь государыни молвил придворным Вполголоса: "Жаль, что опять наша матушка Неосторожна в словах". Императрица услышала И, изменив настроение, Отчеготь гостя заморского стала обедом тот Час. Только за кофе позволила, взгляд задержав на Мгновение, секретарю замечание Высказать парою фраз: "Ах, ваше превосходительство, вы слишком дерзки, Мне кажется, чтоб беспардонно советовать Императрице самой". Гневно пронзив собеседника взглядом, Исполненным важности, вышла царица, Раскланявшись, еле владея собой. Шел, словно в воду опущенный, ждать своего Увольнения статс-секретарь государыни, Только б еще не в тюрьму. Тут камердинер догнал его, чтоб передать Повеление: К императрице приказано срочно явиться Ему. "Все-таки как вы осмелились сделать при всех Замечание?" Статс-секретарь с извинениями в ноги к царице Упал. Екатерина Великая, слезы увидев Раскаяния, тут же, смягчившись, Промолвила, чтоб поскорее он встал. И с благодарностью в голосе Императрица заметила: "Вы из любви это сделали, знаю и Благодарю. Я всего-навсего женщина, в пылкости, Может, чрезмерная. Вот вам на память с бриллиантами я табакерку Дарю. Если мою вы когда-нибудь неосторожность Заметите, То табакеркой бриллиантовой вы покажите мне Знак. Сразу откройте и нюхайте. Пусть это будет приметою, И я пойму без свидетелей, что говорю я не Так".