Игра воображения

Хозяин, в общем-то, Давно себе я сам. И не умея церемониться с гостями, Я каждый вечер поднимаюсь в небеса, Чтоб потянуться вдаль за дикими гусями. Я каждый вечер поднимаюсь в небеса. И мне не важен от синоптиков прогноз. Плевать на все, когда идешь на штурм, А штурм. Я пролетаю над Валдаем в море гроз, Сжимая в пепельницу тлеющий окурок. Я пролетаю над Валдаем в море гроз. На земли брошенных российских деревень Я опускаюсь далеко лететь непросто И отдыхаю на полуденной траве, Лицом уткнувшись в опостылевшую простынь. Я отдыхаю на полуденной траве. Летит над морем, терпи горе, старый гусь. И я стараюсь не отстать машу крылами. Там так тепло на дальнем южном берегу, А здесь на кухне греет нас горелки пламя. А там тепло на дальнем южном берегу. Воображение Не детская игра. Разорван мозг мой разноцветными огнями, И я ложусь в районе Мурманска в вираж, Оставив два пера охотнику на память. И я ложусь в районе Мурманска в вираж. Как надоело все: от кукол и до баб. Отдать бы жизнь природе-матушке на откуп, Но сил хватает лишь на то, чтоб сесть в Кабак и заказать, как встарь, шашлык и двести Водки. Мне сил хватает лишь на то, чтоб сесть в Кабак. Хозяин, в общем-то, давно себе я сам. И не умея церемониться с гостями, Я каждый вечер поднимаюсь в небеса, Чтоб потянуться вдаль за дикими гусями. Я каждый вечер поднимаюсь в небеса.