Половина пути

Твоя семья как счастливая семья из рекламы. Такою быть могла бы, но разве это главное? Вспомни, как мама улыбалась сквозь усталость. Это только половина пути, еще одна осталась. Твоя семья как счастливая семья из рекламы. Такою быть могла бы, но разве это главное? Вспомни, как мама улыбалась сквозь усталость. Это только половина пути, еще одна осталась. Это история про маленькую девочку Олю. Она в музыкальной школе пела в детском хоре. У нее был братик Боря, мама и папа, И кот, карандаши, краски, тетрадь для нот. Она несла букет в руке, ей улыбались соседи. Несла пятерки в дневнике в первые дни осенние. По воскресеньям папа водил их с братиком в парк. Сладкая вата, карусели смешной колпак. Она боялась, что пони ее уронит, А Боря понял, улыбнулся и снял ее с пони. Она запомнила это и странный взгляд отца. Ей захотелось убежать и где-то спрятаться. Но убежит отец, точнее, он уйдет. И мама произнесет дурное слово развод. Раз год он будет приезжать сломанный словно. Они будут переезжать снова и снова. Новые города, квартиры, улицы, Школы. Столько труда и все же самое дешевое все. А люди говорят сводить концы с концами. Это про то, когда отцам трудно быть отцами. Боря работать стал, а мама заболела. Когда кота уже не стало, Оля повзрослела. Пришлось признаться про подругу, что мужа увела. Оле было тринадцать, когда мама умерла. Твоя семья как счастливая семья из рекламы. Такою быть могла бы, но разве это главное? Вспомни, как мама улыбалась сквозь усталость. Это только половина пути, еще одна осталась. Твоя семья как счастливая семья из рекламы. Такою быть могла бы, но разве это главное? Вспомни, как мама улыбалась сквозь усталость. Это только половина пути, еще одна осталась. Спокойное лицо покойной птицы улетело ввысь. Священник подарил икону, сказал молись. Слезы лились, голове бродило эхо. Он даже попрощаться с нею не приехал. При этом Боря начал пить и пропадать. И чтобы как-то жить, почти все пришлось продать. Про тайный брак она узнала на суде. Этап стал новым этапом в его судьбе. Она сама сумела не сойти с ума от горя. Оля, как мама, поняла что-то такое. Постигла силу огня людских сердец. И вот она одна, но где-то есть отец. Уже не детское ее лицо он встретил хмуро. Костыль вдавила в пол его неполная фигура. Сахарный диабет, гангрена и в итоге отец остался Тоже один, но только одноногий. Его убогий дом пах пылью и медициной. Слушая про то, как и за что судили сына, Сутулив спину, он глупо отводил глаза. Но там в углу их взгляд встречали образа. А за окном гроза бросала молнии упреком. Злая слеза, как бритва, разрезала щеку. Он был прощен, его лицо целовала Оля. Она живет с отцом, поет в церковном хоре.