Мир разорван пополам

Иглы царапают время по винилу, Ритм трещит, как искры по кабелю. Тёмный зал дрожит под ударом баса, и я ловлю Каждый бит, будто это моя раса. Смычок по струнам, и ночь распахнётся, Вздох виолончели в сердце сорвётся. Электрический ток протекает по венам, И музыка снова делает меня вселенной. Скретч и мир разорван пополам, Барабаны бьют, будто снег по стёклам. Я двигаю ритм, ты чувствуешь там, Где сердце и бас становятся громом. Скретч и воздух дрожит по спирали, Биты летят, как искры из стали. Мы поднимаем звук, чтоб его не поймали, Музыка живёт, пока мы не упали. Руки танцуют над пластинкой быстро, Каждый поворот как выстрел в чистом. Перемешиваю удары, жонглирую тенью, Я управляю хаосом, делая его ремеслом. Тёмный низ качает стены квартала, Виолончель стёнет, будто что-то пропало. Но мы здесь, чтобы оживить этот звук, чтоб ударил Сильнее, чем воздух вокруг. Город дышит такт моим рукам, битом качается по Волнам. Мы не просим, мы берём свой миг. Этот бит наш крик. Скретч и мир разорван пополам, Барабаны бьют, будто снег по стёклам. Я двигаю ритм, ты чувствуешь там, Где сердце и бас становятся громом. Скретч и воздух дрожит по спирали, Биты летят, как искры из стали. Мы поднимаем звук, чтоб его не поймали, Музыка живёт, пока мы не упали. Это мы. Музыка живёт, пока мы не упали. Ночь на плечах, как кожаный плащ, Глаза горят, будто город наш. Мы высекаем свет из шума и тьмы, Из обломков дней собираем миры. Каждый скретч как след на душе, Каждый бас как шаг по коже. Но страх здесь тонет потоке частот, Музыка нас поднимает и рвёт. Тише. Тише. Тише. Тише. Тише. Только дыхание баса И взрыв. Скретч и мир разорван пополам, Барабаны бьют, будто снег по стёклам. Я двигаю ритм, ты чувствуешь сам, Как сердце взрывается где-то домом. Скретч и воздух дрожит по спирали, Мы выше крыш, выше правил и стали. Музыка живёт, пока мы в ударе. Музыка живёт, пока мы не упали. Музыка Живёт, пока мы не упали. Игла замедляет последний круг, Но бит остаётся внутри, как звук. Пока он живёт, мы не одни. Скретч. Потише. И снова мы.