Дорога

Сердце в кулак, Камень на шее, в горло Глоток. Может простят. Остановите этот поезд, я хочу быть птицей для того, Чтоб с вами со всеми проститься. Перекати поле по стране от сердца до столицы, От Калининграда прямиком до самоубийства. Тысячи рук и тысячи душ, тысячи глаз, Три сотни обещаний, стертых каблук. Десятки миллионов недостоверных фраз улетали в небо. Нет, только узелок и снова двинуться за ветром. Храни меня, мама, дорога бы и доля бочонка. Я снова зачерпну все то, что мне кто-то пророчил. Куда-то в сторону тумана, натирая ноги, Покоряя скалы, океаны и не ставя точки. На месте хорошо, но лучше покорить тайгу и Пробираться через снег, вдыхая пургу, Ночевать под звездным небом с пламенем костра. Я буду там, даже если шанс один из ста. Под ногами путника миры, а в кармане дыры. Он шагает днем и ночью в сторону своей Пальмиры. В одиночку, даже если поджидают капониры, Он идет вперед, и у него на то свои Мотивы. И он лажу на ваши тачки да бабки. Его манит вселенная. Он просит у нее добавки. Все верно. И с каждым разом, повышая ставки, Проплывает море этой жизни на спине косатки. Храни меня, мама, дорога бы и доля бочонка. Я снова зачерпну все то, что мне кто-то пророчил. Куда-то в сторону тумана, натирая ноги, Покоряя скалы, океаны и не ставя точки. На месте хорошо, но лучше покорить тайгу и Пробираться через снег, вдыхая пургу, Ночевать под звездным небом с пламенем костра. Я буду там, даже если шанс один из ста. Храни меня, мама, дорога бы и доля бочонка. Я снова зачерпну все то, что мне кто-то пророчил. Куда-то в сторону тумана, натирая ноги, Покоряя скалы, океаны и не ставя точки. На месте хорошо, но лучше покорить тайгу и Пробираться через снег, вдыхая пургу, Ночевать под звездным небом с пламенем костра. Я буду там, даже если шанс один из ста.