Песня льда и пламени E

Она течёт сквозь пальцы времени моего огня призраком Свободы, и её не остановишь, бля. Она толкает в спину прям с обеих ног в Полёте. Первая, последняя любовь костями на капоте. Мы вместе с ней ушли за руку навстречу ветрам. Она дала притронуться к своим нежным губам. Горячим поцелуем, что создал внутри торнадо и Завеяло в округе антарктической прохладой. Шизофренический экстаз на этом поле брани. Мы как будто в первый раз окружены с нею В нирване. Я смотрю в её глаза сквозь пелену Тумана крови. Полная луна новый абсцесс, Я кричу от боли. Теряя всё подряд, что накопил и то, что нажил. Мой стеклянный взгляд напрочь уже не видит ваших Пашен. Это сказки на ночь. Духи спят, исход уже не важен. Она берёт меня за руку, и мы ебашим туда, Где льётся песня льда и пламени. Там, где закончится наше изгнание. Где волны бьют о скалистый берег. Где признают поступки, а не тождество материи. Где волны рвутся за горизонт, Где каждый новый день будто бы сон. Она меня зовёт и манит своим сладким пеньем, И я ворвусь в её объятия вопреки забвеньям. Она говорит со мной на мёртвом языке латынью, С каждой моей смертью шире расправляя в небо крылья. Её глаза подобны омуту глубоких вод. Это был мой выбор сделать не туда свой поворот. Эта любовь подобна ужасу во мраке Данвича. Моё последнее тепло на погосте кладбища. Она приходит ниоткуда свежим летним бризом и уходит, Заметая след хвостом катаклизма. Все блудницы мира не восполнят эту жажду страсти. Она будет по утрам, она для меня как причастие. Очищает душу от соблазна порочного круга. Я утопаю головой в её пуле Бермудов. С нею вижу те миры, что не подвластны взгляду Многим. Дуновение зимы, морская свежесть на дороге. Наши отношения подобны ядерной атаке. Девочка с глазами ангела и оскалом собаки. Туда, где льётся песня льда и пламени. Там, где закончится наше изгнание. Где волны бьют о скалистый берег. Где признают поступки, а не тождество материи. Где волны рвутся за горизонт, Где каждый новый день будто бы сон. Она меня зовёт и манит своим сладким пеньем, И я ворвусь в её объятия вопреки забвеньям.