В Красноярских лагерях

Когда конвой за вахтой ожидает нас И мы выходим в марево рассвета, И тот амурский гармонист играет вальс, Вся жизнь пройдёт за эти три куплета. И вся воля и неволя пробегут во весь опор. Чёрный ворон, белый лебедь, чёрно-белый приговор. Всё сгорело как солома, пронеслось на всех Парах от детдома До дурдома В красноярских лагерях. Овчарки лают так, что ёжится барак. Лютует ВОХР и самоохрана. А я не злой ни на людей, ни на Собак, Но в пять подъём, начальник, это рано. И вся воля и неволя пробегут во весь Опор. Чёрный ворон, белый лебедь, Чёрно-белый приговор. Всё сгорело как солома, пронеслось на всех Парах от детдома До дурдома В красноярских лагерях. Мороз под сорок, и скрипит на мне кирза. Опять сегодня нормы не одюжим. Собаки злобно смотрят прямо мне в глаза. Они меня бы схавали на ужин. И вся воля и неволя пробегут во весь Опор. Чёрный ворон, белый лебедь, Чёрно-белый приговор. Всё сгорело как солома, пронеслось на всех Парах от детдома До дурдома В красноярских лагерях. Потом начальничек, он вызовет зэка. С портрета глянет Феликс легендарный. И спросят оба эти два большевика, За что ж я им такой неблагодарный. И вся воля и неволя пробегут во весь Опор. Чёрный ворон, белый лебедь, Чёрно-белый приговор. Всё сгорело как солома, пронеслось на всех Парах от детдома До дурдома В красноярских лагерях. И вся воля и неволя Пробегут во весь опор. Чёрный ворон, белый лебедь, чёрно-белый приговор. Всё сгорело как солома, пронеслось на всех Парах от детдома До дурдома В красноярских лагерях. От детдома До дурдома В красноярских лагерях.