Мама говорила E

Мама говорила в детстве: "Не слушай рэпчик, Сына. Там маты и плохие тексты." Ну, не тут-то было. Рифмой забит затылок. Извини меня, мама, я не такой, Как все, в голове одна программа, Чтобы музыка звучала громче, чтобы куплет был Наполнен только смыслом в свою очередь, А не понтами. Подумай, карьера будет кончена. Кто вспомнит о тебе и кто тебя слушать захочет? А, я уважаю многоточия. Москва столица. Встречай новые лица. Еще один братан в твой поток влился. McDonald's и метро и написни ПГ "Хуёво спится". Кто понял, пацаны, тем охуенный peace, Бля. Мой рэп не писк Mode, это пизда. Ему ее пришили, вы еще не в курсе, А я определился во вкусе. Спасибо, Джузи. И как сказал мой нигга Бес: "Ценю это сердцем, Но чаще думаю, на чем бы подогреться." Мама говорила в детстве: "Получи диплом." Нахуй послан всеми офисами. Хули толку в нем? Поэтому и ночью, и днем любой стрем. Давай замутим кипиш, все будет охуенно, Вот увидишь. Как всегда, братан, Да. Оле-ола, вперед наша банда. Лафе, надо. Легавый падла. Не хочу проблем, но что сказал, все это правда. Я походу гуманист, и это главное. Эй, хорошие люди, я рад вам. Два-ноль-десять. Тебе придется поверить нашим словам, Естественно, рвущимся в истерике. Лирику рванины не услышишь в Америке, Но в последнее время это стало охуенным для меня. Меняются времена, остаются песни, Но события уходят. Нас не будут провожать стоя, да и похер. Мы играем с жизнью до конца не в дурака, В покер. Йоу! Не в дурака, а покер. Раньше были мечты, теперь уже в пизду. Заебали глупые клубы и их ужасный звук. Помню, вырубали билеты на Fest и Юг. Была романтика, а сейчас пизда рулю. За коней играет губ, играет губ, Сесть и буц. Видя на поле раскосый след армейских Бутс и этот сраный гуз. Вот Ромарио, помню Бебето. А сейчас в интересах нормальная полная пипетка. Чтоб припев был и чтоб на небе солнце, Чтобы после зимы кузов оставался не покоцан. И чтоб одна любовь, да на милых вишняках. Ведь я знал мало людей, у кого был лишний Кайф. Вышибай всех дебилов, но всегда будь гуманным. Даже если утро туманно, начинай его с кумара. Пусть не дома у моря, сынок, пусть не ешь Омаров, пусть все в спешке, в запарах. Сын, не вешай носа. Все вперемешку, врозь и по телефону папа. Его последние слова. Потом я долго плакал. Там клоака, не лезь туда, говорила мама. А я с головой увяз в болоте. Мне все было мало.