Над Россией

А над Россией снова тучи. Но насторожит ли сердца? В ее дыхании могучем предгрозовая Хрипотца. Ведь никого уже не греет восторг Ругательных речей. И все мутнее и мутнее Телеэкран в глуши ночей. И все мутнее и мутнее телеэкран в Глуши ночей. Какие взгляды ночью поздней? Дел и без взглядов до хрена, Когда в эпохе судьбоносной судьба насов Не решена. В "Поля чудес" пока играйте. Вот где нужна вам голова. Сначала буквы угадайте И если сможете слова. Сначала буквы угадайте. Ну, а если сможете слова. То руки нам, то ноги кто-то на Отсечение дает, Что лишь о нас его забота. Но разуверился народ. Закон о выезде свободном похож до Странности на тот, на акт последний, За которым железный занавес падет. На акт последний, за которым железный Занавес падет. К трибуне рвется красномордый и на груди Рубаху рвет, И перед всем честным народом орет, Что он вон и есть народ. Орет, что новый мир построит. Кто был никем, тот станет всем. А тех, кто кем-то был, уроет и в лагеря, И без проблем. А тех, кто кем-то был, уроет и в лагеря, И без проблем. Неужто правда мы уроды и сможем молча Наблюдать, Как по ночам врагов народа начнут, Как прежде, забирать? И вновь признаем бестолково необходимость Новых жертв. Да нет, не может быть такого! Но это было все уже. Да нет, не может быть такого. Но это было все уже. И все ж нас зря пугают Путчем. Мы все ж на новом рубеже. У нас, ей-богу, будет лучше. Ведь хуже некуда уже. А над Россией снова тучи. Но насторожит ли сердца? В ее дыхании могучем Предгрозовая хрипотца. В ее дыхании могучем Предгрозовая хрипотца.