Дыба Вяземского

Отливай! О, очнулся князь. Что уставился? Аль меня не знаешь? Я, Скуратов, Григорий Лукьяныч. А ты Огонь-Князянский, супостат и вор. А козла-то ишо, болярин князь, Со второй потриськи и отмер. Ну так раненый, ну? Терешка рану твою ж огнем прижег. Чем помочь-то ишо, промолви! Но попей, попей да поведай мне грешному, Что задумал ты с колдуном на поганой мельнице Супротив государя, а? Что слышал там, видел? Я ж сказал. А ты сказывай вдруг орясь. Страсть как байки люблю послушать. Дьяк запишет все. Мы сравним потом, что на дыбе кричал, Что теперь расскажешь. А? Я на мельницу ездил к знахарю. Прошо. Чтоб за деньги изготовил мне снадобье для Любовной утехи с Морозовой. Мельник дал мне взамен злата ладанку приворотную для Боярыни. Никогда никого там не видывал из живых, Только духа Филиппа, убиенного митрополита, Преогромного и престрашного, и глаголал шумне Писание.