Очная ставка

Так, разбойники, заговорщики, предвеч вами ставка Очная. Оба пытаны, оба созналися, что замыслили злое на Государя. Хорошо. Теперь сказывайте, что Серебряный учинил на дворе у Морозова? Сперва ты, Афанасий Вяземский. Я гостил у дружины Морозова, пировал с ним в Честь снятия опалы с его главы. Много пили и долго. Не помню по что вдруг Серебряный саблей посек мне Плечо, как вломился к боярыне в спальню. Там Морозов меня бил пищалью, промахнулся. Я двинул его, он упал. Я тебе все обсказал уж, Григорий Лукиныч. Они замышляли убить меня. Боярыня чуть умерла. Я. Морозов был ранен, Серебряный скручен. Начался пожар. Я боярыню брал, очевидица их покушения. Кровью в пути истекая, с коня я упал, И Елена умчалась, Куда, мне неведомо. Чудно! Дьяк записал? Ты что покажешь, Морозов, дружина? Никита князь вправду жене, как мужчина к родимой, К любимой жене твоей лез в постель, пожар учинил, Посек Вяземского, а ты? А и ты ведь стрелял не в Серебряного. Стало быть, был у вас умысел так все обставить, Что мол опричники стали боярина грабить, А вы зачинщиков угомонили. Да, вот промашка не добили. Как не чаялось, так сбывается. Не надо, не надо печалиться. А раз знал, что так будет, то сказывай, Был ли умысел на убийство князя Вяземского Опричника? Князь Серебряный был моим гостем. Слышали, знаем. Более, более. Я в тот день находился в сомнении, Кто из двух князей нес мне бесчестье, Ибо видел своими очами, как жена мне в саду Изменяла. Жаль, не видел лица подлеца в темноте. Тут, когда еще размышлял, донесли мне, Что едет во двор Вяземский с государевым снятием Опалы. Короче. Обряд целовальника мне выдал изменника. То был Серебряный. О! В обморок впала жена моя. Я же пищаль зарядил, чтобы убить глумника. Но Вяземский начал ломиться с людьми, Да Серебряный стал у Татьяны пути. Он один попытался бороться с пьяной лихостью царских Опричников, что явились в мой дом в шкурах овчинных Да по-волчьи за хлеб соль ответили. А стрелял я точно в Афоньку. Хорошо, хорошо.