Шансонье

Года прошли, как дым растают кольцами. Но ничего на свете не проходит зря. И пионеры, что не стали комсомольцами, Запели песни с хрипотцой про лагеря. Про лагеря не пионерские и сытые, Куда их мамы отправляли отдыхать. И стали как-то сразу все вокруг бандитами. Ну блин, бандиты, век свободы не видать. Песни петь, не воровать. Рифма сходу подвернется. Дома ждет старушка мать, Ждет сыночка, не дождется. А сыночек не в тюрьме, Хоть поет про злую долю. Он зовется шансонье И ништяк ему На воле. Он поет, засунув брови, Отдывает так ногой. А понты на каждом слове. Весь такой блатной, блатной. Он забрил себе затылок И от важности опух. Натолкать в него опилок Получился б винник ух. Часовые на вышке. Арестантская доля. Он не сел, так уж вышло, Не досталось неволи. И поют о запретке За пределами зоны Эти птицы без клетки На прилавке Шансона. Года прошли, отодвигая Прошлое. Народ привык уже буквально ко всему. Народ привык, что песни глупые и пошлые Зовут его То к коммунизму, то в тюрьму. Ферзями стали все, кто были раньше пешками. И научился будто рев рычать козел. Страна усеяна блатными сыроежками, Что ни на зону не прошли, ни в комсомол. Песни петь, не воровать. Рифма сходу подвернется. Дома ждет старушка мать, Ждет сыночка, не дождется. А сыночек не в тюрьме, Хоть поет про злую долю. Он зовется шансонье И ништяк ему на Воле. Он зовется шансонье И ништяк ему.