Вгараж

Первое слово дороже, в хороше, душевные выражения в Багажнике. Урожай вас тут база, Сочи, а у нас не Очень. Зато тут точки, и мы два веков точим. Товарищ в платочке сказал готично: "А вы что черта нам кичитесь?" Намотали кирпич галстуком. Первая прочитанная мной книга азбука. Катя сказала: "Классненько!" Такова классика на звук, как из тазика. И знаешь, как тормоза у азика. Та зима бросила, новая не настала. Картолинские друзья близки с Казахстаном. Постоянно занят оппонент. Лекселеляция и за, и нет, я не советую. Я, как Савелий Крамаров, глазами не вспыхиваю. В парках нагло бредятся под гитару парды с Угенбардами и парни, которые говорят: "Нирвана ерунда." На Торговых рядах репа и свекла. Срок моего рэпа истек. Осенью улетел между стекол, никто его не спасет. На страницах глянца здесь влюбляется в попсу. Не ценят симфонию номер сорок Моцарта, Мультфильмы про Карлсона и вальс Мендельсона. Осенью попсово было бы сдохнуть под кустом в Бостоне Возле Макдональдса, не забыв взять зонт от солнца. В трамвае написано "Рэп попса", и я подписался. Ни Фидель Кастро, ни Марк Дакаскос не стали бы Этого отрицать. Солнечное настроение, на столе варенье. За окном пока не апрель, но все еще греет. На рее повис еврей. Первые слова еще в букваре. В январе выпадет снег. Мы будем тосковать по весне, будем петь тоскливые Песни и таскать носки из шерсти, Скакать на шефе. Заклинило шлепки. Лисицы-ищейки, злодей Кощей и люди пещер приходят ко Мне во сне. Я почти успел спеть с ними Куплет. За пару лет я сделаю это. Читаю с листа. Попсовым солистом не стал. В моих устах глаголит устав анамакон. И что найду у себя в карманах, не знаю Сам. Сегодня снова у--