Я не художник, я простой хулиган

Жизнь моя как картинка, Я рисовал ее сам. Я не художник Пикассо, Я простой хулиган. И юность шла, как у всех, Кто в глубинке рос: Подвалы да кабаки И у легавых допрос. Первая делюга Лавэ все напополам. И вот тогда уже розыск С тех пор шагал по пятам. Менты, как псы, стали виться И проявлять интерес. Спрашивать у соседей: "Где был вчера ваш сосед?" Они, конечно, молчали. Палить себя не давал. На каждой новой делюге Ментам концы обрубал. Но фарт капризная штука: Любит сыграть в цу-е-фа. Очередная делюга Меня тогда подвела. И пусть крытая Пока держит меня, Но отпустит ведь. Посижу пока, с Богом пообщаюсь. Там ведь некогда! Суета да движ, времени все нет к Господу Сходить, помолиться у икон в храме, Постоять, грехи замолить. Может, Бог простит, заново начать жить позволит Мне, Чтобы душу не рвать, сердцем не страдать в тюремной Кутерьме. Все грехи простит. А я помолюсь, свечи в храме зажгу, Поцелую икону, встану на колени, Голову склоню. Был юным, глупым, не понял, Что в хате утка сидит. И надо ж было мне ляпнуть, Где скарб с делюги лежит. Судьба-злодейка сыграла. У фарта выиграла роль. Теперь она банковала, Распоряжаясь уж мной. Решила не мелочиться По полной суд наградил: Пятеру строгого в плечи, Следак в суде запросил. И вот я еду в браслетах. Как зверь, орет автозак. Вновь заберет лагерь годы. Я не верну их назад. И пусть крытая Пока держит меня, но отпустит Ведь. Посижу пока, с Богом пообщаюсь. Там ведь некогда! Суета да движ, времени все нет к Господу Сходить, помолиться у икон в храме, Постоять, грехи замолить. Может, Бог простит, заново начать жить позволит Мне, чтобы душу не рвать, сердцем не страдать в Тюремной кутерьме. Все грехи простит. А я помолюсь, свечи в храме зажгу, Поцелую икону, встану на колени, Голову склоню.