На самой южной Ривьере

Скоро сорок, но хожу упорно я в Черный выход через задний двор. Если в жизни счастья с горем поровну, Значит, чемодан удачи мной давно уже оплачен. Значит, скоро дело будет так: на самой Южной Ривьере, где люди спят на ходу и, Словно пташки в вольере, красотки все на виду, На самой южной Ривьере с сигарою на губе лежу, Любимый, и пью коктейли, и улыбаюсь судьбе. Лежу, любимый, и пью коктейли, И улыбаюсь судьбе. Скоро сорок, все еще изменится, Но тревога в сердце залегла. Что-то счастье не мычит, не делится. Где же ты, удача, прячешь свой заветный чемоданчик? Это, мальчик, темные дела. На самой южной Ривьере, где люди спят на ходу И, словно пташки в вольере, красотки все на виду, На самой южной Ривьере с сигарою на губе лежу, Любимый, и пью коктейли, и улыбаюсь судьбе. Лежу, любимый, и пью коктейли, И улыбаюсь судьбе. На самой южной Ривьере, где люди спят на ходу И, словно пташки в вольере, красотки все на виду, На самой южной Ривьере с сигарою на губе-Лежу, Любимый, и пью коктейли, и улыбаюсь судьбе. Лежу, любимый, пью коктейли, и улыбаюсь судьбе. На самой южной Ривьере, где люди спят на ходу И, словно пташки в вольере, красотки все на виду, На самой южной Ривьере с сигарою на губе лежу, Любимый, и пью коктейли, и улыбаюсь судьбе. Лежу, любимый, и пью коктейли, И улыбаюсь судьбе. Ривьера! Ривьера! Ривьера! О-е!