Сентиментальный детектив-3

Сколько смеха, сколько слез. Вспомнишь закачаешься. Я с большим букетом роз к милой возвращаюсь. Подхожу, в глазок смотрю он лишь приоткрылся. "Здравствуй, Таня, говорю, я освободился". Что тут было! Ой-ой-ой! Поцелуи страстные. "Здравствуй, Ваня, милый мой, солнце мое ясное". Завела, включила свет, помогла раздеться. И как не было тех лет, вырванных из сердца. Сели мы за стол вдвоем. Взял я шестиструнную. Выпьем, что ли, да споем, как той ночкой лунною. Таня встала у окна, заломила руки. "Ах, былые времена канули в разлуке". "Что так, Тань?" И снова: "Ах, гость родной мой, Миленький". И как душу на распах дверцы Холодильника. Я баул свой достаю. "Знай, мол, слыхали. Вот, ребята, говорю, на этап собрали". Таня стопку приняла, отряхнула платьице. "Сейчас такая жизнь пошла, пусть все к черту Катится. Дни хрустальные прошли, Золотые ночи. Мех коллеги унесли ваши, между прочим". Проглотил я эту боль и сказал: "Красавица". А она мне: "Нет, позволь, И тебя касается. Даже друг твой, как его? Ну, что был завбаза. Так теперь он охо-хо, в мафии, Зараза. Разжирел капиталист, морда буржуйная. В свои сети аферист заманил невинную. Я проплакала все дни, вот свежа подушка. И теперь я, извини, стала побирушка". Злоба вспыхнула в крови. Я сказал: "Пожалуйста, ты меня сейчас не травь, Пьяный я безжалостный". И рванул рубаху я, пальцы выгнул снова. "За тебя, любовь моя, я порву любого. Шляпу мне, я ухожу". Таня шмыг в уборную и несет Атель Гвишу дуру Ту двуствольную. "Я с тобою", собралась. "Крышка так обоим. Мы советскую им власть мигом восстановим". Эх, Россия, конь-искач! Здравствуй, мать-репрессия. Только я ж ведь не палач, вор моя профессия. Ну, а так как завязал, то судите сами. Тут вдруг кто-то постучал по двери ногами. Открываю. Говорят: "Здравствуйте, Милиция. Что-то тут у вас шумят, Что-то вам не спится, а?" Но потом отдали честь и автограф взяли. "У завбаза "мерседес", говорят, Угнали". Что ж, пора героев сих здесь нам и оставить. И другие темы в стих чудным камнем вправить. Ставлю точку. Нет чернил. Отнялась рука. Я ведь тоже их любил, как и вы, Слегка. Я ведь тоже их любил, как и вы, Слегка.