А её глаза

Как ночь, как небеса. А её глаза, Как горькая луна. А её глаза там боль и пустота. А её глаза, да, а её глаза. А её глаза, как ночь, как небеса. А её глаза, как горькая луна. А её глаза там боль и пустота. А её глаза, да, а её глаза. Где-то в Сибири рассвет, нулевые. Другая Россия, свои нарративы. Три дома, район, один телевизор. Вечер на Первом, "Убойная сила". Она сирота, без семьи родни. Лишь и голод, и стеклотара, приемник. Так год за годом с судьбою на контракт. Один на один вопросы: за что так? Сидя на кухне, смотрит на звезды. Эти слезы забыть бы, не вспомнить. А её глаза как ночь, как небеса. А её глаза, Как горькая луна. А её глаза Там боль и пустота. А её глаза, да, а её глаза. А её глаза, как ночь, как небеса. А её глаза, как горькая луна. А её глаза там боль и пустота. А её глаза, да, а её глаза. Где-то в глубинке плачет женщина. Несправедливая доля. В юности была красива. Жгучие черные брови. Парни вились возле юбки, дрались не на жизнь, А на смерть. Выбрала себе того, Кто был из них самый опасный. Восемь лет, трое детей. Споры, побои, скандалы. Дома пьяный мужик плюс проводы папы и мамы. Две работы день и ночь. Но так никто и не спросил, откуда в этих Черных глазах взялось так много сил. Сколько же боли они повидали. Груз на душе, будто бросили камень. Сколько же в них уже ран и страданий. Хрупким плечам выпало немало. Некому верить. Вера для слабых. Хочется плакать, давит усталость. Никто не поймет, никто не узнает, Как капли дождя вдруг стали морями, Стали морями. А её глаза как ночь, как небеса. А её глаза, Как горькая луна. А её глаза Там боль и пустота. А её глаза, да, а её глаза. А её глаза, как ночь, как небеса. А её глаза, как горькая луна. А её глаза там боль пустота. А её глаза, да, а её глаза.