В титрах

Прими себя таким, как есть. Сними свои маски, люби себя, nigga. Пойми, люди в поисках счастья отвергли любимых за Нагибимер. Я просто уйду, отвернусь от движения Ебаной гнили. Пойми, обещали держать слово, но его уронили. Тут, как всегда, полгода морозов и слез близких. Тут, как всегда, люди жрут с рук, даже у Псов миски. Тут, как всегда, игристое рвет кису, Ебет мистер. Обещал ей горбизнес, Его вид сверху, ее вид снизу. Воспитаны принципы, пацан, но мы не святые. Районы папиру сдували так, что все бы простили. Житуха, как тренер, нагнет твой копчик, Родной. И ты не забыл? Ты попал на ебаное дно, где мы это мир, Но мы это пыль. И мы взлетаем далеко, далеко, Но опять падаем осадком на снег. И эта жизнь театр, не кино, И в титрах нас больше нет. И мы взлетаем далеко, далеко, но опять Падаем осадком на снег. И эта жизнь не театр, не кино, И в титрах нас больше нет. И в титрах нас больше нет. Нас нет и в титрах, ведь там маловато нам Места. И ты не по адресу прибыла, Чтобы отыскать жениха на цивильном, невеста. Вечная драма от фарта красивых деньков и до громких Арестов. Мы с братом всегда на ходу, Пока те, как Аду, растят жиры, но в офисе Кресло. Каждый сам за себя, все под себя, Кровью гуся, но свята лишь только семья. Подруга лиса, в душе весна. Нет ничего, кроме музла. Биты, слова так не приносят тепла. Мне ничего, кроме музла, уберегает от зла дитя и Отца. Там, где нас нет, всегда рассвет, Круглый год сезон лето. Но пока здесь заняться чем есть, сразу ж полезу, То хер слезу. Мой каждый день подарок, будто море лес. И все, что бы ни делал, то я в Этом весь. И мы взлетаем высоко, высоко, но опять Падаем осадком на снег. И эта жизнь не театр, не кино, И в титрах нас больше нет. И мы взлетаем далеко, далеко, но опять Падаем осадком на снег. И эта жизнь не театр, не кино, И в титрах нас больше нет. И мы взлетаем далеко, далеко, но опять Падаем осадком на снег. И эта жизнь не театр, не кино, И в титрах нас больше нет. И в титрах нас больше нет.