Прости Отец

На-на-на-на-на. На-на-на-на-на. На-на-на-на-на. На-на-на-на-на-на-на-на. Я помню, как мечтал о легкой доле, О золотых цепях и вольной воле. Хотел гонять на быстрых иномарках, Жить весело, купаться, что в подарках. Но выбрал путь кривой, грабеж и драки, Забыв про дом, как беглые собаки. А после мрак, в шприце застыла бездна, И звать на помощь стало бесполезно. Я выносил из дома все, что видел. Я мать свою невольно ненавидел за то, Что плакала и в ноги мне кидалась, Пока душа в дурмане задыхалась. И вот финал судья, конвой и зона. Жизнь под откос по правилам закона. В камере письмо чернее ночи. Мать умерла, закрылись ее очи. О-о. Прости, отец родной, за жизнь такую, За то, что в кандалах я молодость пакую. Нет мне прощения, я сам себя судил, Когда огонь в глазах мамули затушил. А ты стоишь у стен, молитву шепчешь тихо, Хоть я принес наш дом лишь боль и лихо. О-о-о-о. О-о-о-о. Раны отвернулись, проклиная, мое лицо из памяти Стирая. Для них я тень, предатель и убийца. Тот, кто не смог вовремя остановиться. Но ты один приходишь на свидание сквозь боль годы, Через расстояния кладешь ладонь на грязное стекло. «Я верю, сын». И на душе светло. Прости, отец, За тишину в пустой квартире, За то, что не успел сказать «прости» ей. Я выживу и справлюсь для тебя. Прости, отец. Прости, отец родной, за жизнь такую, За то, что в кандалах я молодость пакую. Нет мне прощения, я сам себя судил, Когда огонь глазах мамули затушил. А ты стоишь у стен, молитву шепчешь тихо, Хоть я принес наш дом лишь боль и лихо. О-о-о-о. О-о-о-о.