Я очи знал,– о, эти очи!

Я чей знал, о эти очи! Как я любил их, знает бог. От их волшебной страстной ночи я душу оторвать не Мог. В непостижимом этом взоре, Жизнь обнажающем до дна, такое слышалось Горе, такая страсти глубина. Дышал он, грустный, углубленный, В тени ресниц ее густой, как наслаждение Утомленный и как страдания роковой. И в эти чудные мгновенья Ни разу мне не Довелось С ним повстречаться без волненья И любоваться им без слез. Я Чей знал О Эти очи Как я любил их Знает бог От Их волшебной Страстной ночи Я душу оторвать не Мог.