Кросами по облакам

Крусами по облакам белого дыма попали в капкан. Есть стимул. Это бит лад двигает по глазам. Пламя от жиги накручивает по низам. Олдскульный ниггер. Это не звони с кварталов Атланты и не подарки От Санты. В нем как минимум грамуля с калькой. В Чикагино в вазарангу welcome. В люле с пешком тикают стрелки. Гош мелкий бьет по козырьку. Я тут, где круглые сутки яд валится с труб Черзовских. Две тысячи км до Moscow. И навряд ли тут просто овсюду. Реклама солей на киосках способствует росту могил на Погостах. В основном подростков. Мазератиру жестко. Но это вам не та Россия, что покажут на Канале двадцать четыре. Девяностые, нулевые как жили, так и живем. Все своим чередом. Но все так же можно словиться в арке с Ножом. Все так же не дремлет обнон города Квона. Йоу, чекай сон. Мы заменяем слова на детали от атома памяти. Нами найдены такты наваки. Майки летняя магия муда и маны. Мы там и тут. А галимая выкину в хлам. Ай кен нот флай. За что ты платишь, Салага? Не лапай Ладан. В город Палат поломает палками планы. Сколько там в хелле деталей? Дай им понять. Нам имена и понятия ставлены. Стали туман. Я вылетаю от сани, Бросая взгляды на здания, где нам оставили знания Улицы, небо над нами. Напоминай мне. В теле ни боли, ни боли. Монофаток в воду в итоге не тонем. От кометы голоса остро искомое мной, Братом и зому. Да. От Арамеда до острова Стока мост. И боги с тобой тут длинная полочка. Мы, возможно, знакомы. Тут вдруг своя анатомия города. Крусами по облакам белого дыма попали в капкан. Есть стимул. Этот хип-хоп двигает по глазам. Пламя от жиги накручивает по низам. Олдскульный ниггер. Абонент доступен вновь. Так. Абонемент в фок. Дима от понках. Глаз блеск, блеск глаз. Много в ронках. Времени нет. Какого мы сорта? Вечер перемен. Снова центра. Масса без мизера. Sorry. У райского хапа тизера вечером в стори. То, что осталось, тряслось и на дозвоне микро. Мик тронет тут не на троне. Не надо кроме. Возвысит за дисконоситель. Накроет контрольным. Где бы мы не были на крутом склоне. Склон на отклонах пронзит взглядом урбануроном Нутром. По-другому видел тут все под другим углом. Ртом, прикрытым Вавилон, впитывает током выход. Похуй, пыхал в унисон строго. Пустота из уст, а пусть и низкая частота пульса. По мне так лучше, чем переулок напрочь засранных Душ, слетевших с катушек. За хвост пойманный куш не дает расслабиться душе. И эта погода в бане брызгами луж. Выйду на ложу. Меня там правит свежескрученный джойнт. Высший сорт. Стоп. Ныряю в водник, как Жафы в кусто. Заполняя легких пустоты. А люди все мутят галиморду. Пусть я продолжаю пнуть, пнуть суть. Путь отнюдь не легок. Не кидай камнями и наводи муть. Будь проще. Тут нет того, что не потрогать на Ощупь. Крусами по облакам белого дыма попали в капкан. Есть стимул. Этот хип-хоп двигает по глазам. Пламя от жиги накручивает по низам. Олдскульный ниггер. Крусами по облакам белого дыма попали в капкан. Есть стимул. Этот хип-хоп двигает по глазам. Пламя от жиги накручивает по низам. Олдскульный ниггер.