Балерина

Yeah, эй. Два ноль, два ноль, bitch. Это Nace, вы в курсе. Зимой летом в школе балетной кидала таблетки тайком В туалете и давила страх перед залом, забывшим Салон. Тело зашито в костюм слалом. По сцене слалом, душ, ванна, травка, чинарик с Ментом, поклоны не в лоб. И пусть орут хором: "Бис!" Справа, летаргии слева, железку в бра. Дома разгром, бардак, покати шаром. Неохота готовить, букеты в ванну на завтрак, Холодную воду, записка с подписью автора: "Навеки ваш Володя". И все такое на пол-листа. Вспомнила подлеца из прошлого, тушь потекла на пол Лица. Так и не родила, дела поважнее декрета. Опять от этого джигита в личке: "Будь моей или Заражу публично." Утром класс-репетиции, Гастроли в некультурной столице. Будильник на шесть тридцать. Одеяло, шерсть, только бы в сон провалиться. Балерины умирают стоя, стоя среди всякого Стоя. Балерины падают на днище; Там, на днище, их никто не ищет. Балерины умирают стоя, Умирают, ничего не стоя. Балерины падают на днище; Там, на днище, их никто не ищет. Как будто в кругу декораций среди домов и дворах Свое милое детство ты протанцевала под треки с Колонны, что для тебя будто бы звуки оркестра. Вряд ли назвать повернется язык нашу интеллигентной Компанией, но наши взгляды, ловить ты довольна была, И это переросло в манию. Что с тобой стало? Люди вокруг поменялись или Проблема в тебе? Уже не по кайфу. Ты подросла и тебе уже так много лет. Будто ожидаешь, что мы с вытянутыми физиономиями Будем осуждать тебя за то, что ты особенная. Кто бы мог подумать, что ошеломить других и Выделиться из толпы говорит о том, что ты фрик? Это бред. Подумай сама: если тебе бит бьет в Мозг и ты вытворяешь то, что никто другой не Смог, будто уникальная, и кто бы тебя не брал И не рвал живот якобы из-за того, что ты Заложница грез, делай волю Марс, свое дело Продолжай. Танцуй на свете, где ломаются сердца, Эй! Балерины умирают стоя, Умирают, ничего не стоя. Балерины падают на днище; Там, на днище, их никто не ищет. Балерины умирают стоя, стоя среди всякого Стоя. Балерины падают на днище; Там, на днище, их четыре тысячи.