Как-то так

Тайной далекою, степью широкою, Славою славною и бас-гитарою. Высшей верою я не верую. В начале месяца хочется повеситься. Ложью сладкою, правдой гадкою, Думой вечною никого не люблю. Стенкой каменной, тенью раненой, Клеткой сломанной и судьбой поломанной. Обезображен, обезоружен, я лежу на земле, Никому уже не нужен. Обескуражен, обезоружен, я лежу на земле, Никому уже не нужен. Пропавший без вести, лишенный трезвости, Долей скошенной, навсегда заброшенной, Жизнью конченой и переконченой. Закрываю глаз пахатрический экстаз. Солью соленою, сталью каленою, Глядя в небеса, божественные себя. Век запутанный, цепью скутанный, Дружно на место у основания креста. Обезображен, обезоружен, я лежу на земле, Никому уже не нужен. Обескуражен, обезоружен, я лежу на земле, Никому уже не нужен. Обезображен, обезоружен, я лежу на земле, Никому уже не нужен. Обескуражен, обезоружен, я лежу на земле, Никому уже не нужен.