утопимся

В пленочной палаточке я ставлю в конце точку. На поминальной лавочке подрежу ноготочки. Поехали побродим по кустам и мелководью. Поехали побродим, в тихом озере утопимся. Кормим леса кровью, радуемся солнцу. Кормим леса кровью, разделим хлеба ломоть. Полные болью бьемся в тихий полдень. Полные болью бьемся в тихий полдень. Рождаясь от примуса сразу же на кол нанизанным, Терпит бесчинства и носит засохшие линзы. Он тупо карабкался ввысь, пытался бессмысленно в Теплых лучах угореть, улететь в безграничные златые Дали. Пытал тупым ножиком ребра и чувствовал, Что все сгорает. Смеялся безумно, Карабкаясь выше, во сне разбивая бескрайние дали, Сжигал города, и пока их дома догорали, Возносил свои мысли туда. Туда, где бетонные боги внимали его пустым фразам. Заразные речи нес в разные страны. Поехали побродим по кустам и мелководью. Поехали побродим, в тихом озере утопимся. Накормим леса кровью. Радуемся солнцу, кормим леса кровью, Разделим хлеба ломоть. Полные болью бьемся в тихий полдень. Полные болью бьемся в тихий полдень. Свет мой, растворенный в молоке, Смертью отражаясь глубине, Свечкой отведу на дно реки. Свой сон расскажи, я не отвечу. Свет мой, растворенный в молоке, Смертью отражаясь глубине, Свечкой отведу на дно реки. Свой сон расскажи, я не отвечу.