Гастион

Телефонный номер на стекле Позабыт, как весенний лед. Я сижу на остывшей земле у границы, Где снег и плоть. Там в углу под мерцающим светом бармен трет свою Вечность слепую. А за окнами станция, ветер, и не слышно Живого "люблю я". Поезд ушел без меня, без нее. Стук колес как утрата по венам. Что осталось? Осколки, вино да метель, что стучит по Коленям. Где ты, где ты, родная печаль? Где те сны, что мне были причалом? Кастион эта вечная сталь, где часы Догорели молчанием. Я Не жду, я не знаю, кто вышел на перрон За секунду до Бога. Душу холод безвольно колышет телеграфная Точка дорога. Между строк я читаю прощанье без слов, Без попытки ответа. В этом сне уже нет ожиданий, только тень в Концовке куплета. Поезд ушел без меня, без нее. Стук колес как утрата по венам. Что осталось? Осколки, вино да метель, что стучит по Коленям. Где ты, где ты, родная печаль? Где те сны, что мне были причалом? Кастион эта вечная сталь, где часы Догорели молчанием. Если встретишь мой след на вокзале, Не зови, Не вини, не прощай. Я в гудках телефонных оставила свою веру в Потерянные раи.