JORDANS E

Гастелл. Ура! Она. Ура! Е. Она хочет снять все, кроме этих джорданс. Верит свое, крутит своей жопой. Мусора пасут возле барбершопа. Теперь есть кэш, но в душе басота. Хочет снять все, кроме этих джорданс. Пусть рядом со мной белое на черном. Ее глаза сразу после шторма. Крутит косой. Я снова стану лучшим. Я скоро буду первым. Ты хочешь, но не можешь ничего с этим поделать. Так жалеешь мои нервы, но так жаришь мое сердце. Я больше не жалею ни о чем, ведь мне Больше там не место. Честно говоря, я себя не узнаю. Давай просто заберу и накурю, boo. You know I love you. Прости, эти драмы и есть испытание, Но прошлое я вряд ли поменял бы. Куда мне? Всегда говорил, что я вряд ли излечим. Так нужен этот дым, выпускаю обручи. Я тебя не приручал, это все какой-то миф. Же знаю, что ты хочешь этот большой черный сплиф. Прости, это был аперитив. Между нами снова пиф, я же знаю твой аппетит. Мы мутили, как хотели, но всегда были на стиле. Я с другими не умею, чувствую тебя керосином. Она хочет снять все, кроме этих джорданс. Верит свое, крутит своей жопой. Мусора пасут возле барбершопа. Теперь есть кэш, но в душе басота. Хочет снять все, кроме этих джорданс. Пусть рядом со мной белое на черном. Ее глаза сразу после шторма. Крутит косой. Она ждет подарков, но я их не делаю. Между нами всегда эти чертовы посредники. С ними она передаст мне мое вдохновение. Она хочет быстро, привыкай, я курю медленно. Шлю нахуй Амура, заебал с этими стрелами. Если хочет взять мое, пусть берет пистолеты. Я уверенный в себе товарищ, как памятник Ленину. Паровозы в облака, но нужно заземление. Вдыхаю полной грудью этот продукт горения. На этих темах выросло не одно поколение. Мы больше не на худи, rest in paradise, Валера. Peace моим homies, у колонии те билеты. Я наполню бокал и карманы на массе. Бизнес на паузе, мне придется остаться. Ты мной играешь, но я хуй тебе сдамся. Нахуй я тебе сдался? Читай на запястьях. Love is not enough. Кто из нас не прав? Вырубаю стафф, только это меня и спасает. Bye, bye, мои четыре кольца. От нуля до ста мне любить тебя не перестать, Ведь памяти ладони прижимаются к моим. Ты сделала так много, сделала меня другим. Я бросил никотин, но внутри белый дым, Белый дым, белый дым, белый дым. Эта часть куплета ранит даже месяцы спустя. Я писал тогда о личном, это было для себя. Ты уже давно сказала, что не чувствуешь меня, А я теперь не чувствую вообще нихуя. Она хочет снять все, кроме этих джорданс. Верит в свое, крутит своей жопой. Мусора пасут возле барбершопа. Теперь есть кэш, но в душе басота. Хочет снять все, кроме этих джорданс. Пусть рядом со мной белое на черном. Ее глаза сразу после шторма. Крутит косой, не сказав ни слова. Она хочет снять все, кроме этих джорданс. Верит свое, крутит своей жопой. Мусора пасут возле барбершопа. Теперь есть кэш, но в душе басота. Хочет снять все, кроме этих джорданс. Рядом со мной белое на черном. Ее глаза сразу после шторма. Крутит косой, не сказав ни слова.