В пустынной храмине

В пустынной храме не Троилась ладанам, зерном И пламенем на семя Падала, в ночные Клёкоты вступала Ровнею. Я буду крохотной, твоей Же ровнею, домашнею Тварью тоску раскоривать, Ночную скуку гнать, Земные руки греть. С груди безжалостной богов Пусть сброшена любовь Досталась мне, любая Большая. С такими путами, с Такими льготами полжизни Шью тебе, по локоть в Атома. За то, что требуешь, за то, Что мучаешь, за то, что Бедные земные руки Есть. Чета не выберешь по Амфибрахиям. В груди пошире лишь глаза Распахивай. Гляди не Логосом, пришла Не вечностью, Пустоголовостью твоей Щебечущей. Груди Не властвовать без Слов и на Слова. Любить распластаннейшей в Мире ласточкой, Ласточкой, ласточкой, ласточкой, Ласточкой, ласточкой, ласточкой, Ласточкой. Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, И ничего не бывает сокровенного, что не вышло бы Наружу. И если кто имеет уши слышать-