роскошное захолустье

Странный наброс. Карандаши в столе разбросаны. Радио перебивает запах свежих тостов. Крутится диск, винила треск пилит мозг. Сильный ветер, свист, скрип карниза на стене. Постер кино, а фильтр скис. Остановись! Я подал низ прям на эскиз. Взгляд через миг стал водянист. Аста ла виста! В спирали весь мир, время клейстер липкий. Мимо близкие блики, обрывки песен едких и мы Вдребезги мелкие. Будто медленно, медленно, Медленно. Где фильма лента вокруг шеи заберет Вселенную. Но все закончилось. Мы приземлились в захолустье. Тут все испорчено не кем-то, твоим присутствием. Комната с красными шторами, как лацканы по сторонам В центре короба. Контуры полуполукруглые. Я по приколу шмаляю пригласителю голову. Маленькие пальчики висят на курке, Они будто ключики к твоей голове. Но это больно. Я знаю, это больно. Остались только мы вдвоем. Маленькие пальчики висят на курке, Они будто ключики к твоей голове. Но это больно. Я знаю, это больно. Остались только мы вдвоем. Полон эфир планами полугодовыми. Графики, табели, траты карманные кратные траншам на Карта этой кашей измазан весь кафель парадной Камеры. По стенам паранойи привет пламенный. На одной площади с нами ты, знаем, плавали каменные Статуи с надписями. Как ты мог? И там дымок вдали дотлел фитилек Моих страхов, тревог. Где был ваш бог, когда заливал я веру в Добро? Паркетный пол померк давно. Весь мой итог. Но где-то в поле будет новый Дом. Но я слышу дыхание в маске. Воздух вязкий, дни за окном теряют краски ярко, Быстро. Вкопан по шею в заботу, Завершая убийство. Маленькие пальчики висят на курке, Они будто ключики к твоей голове. Но это больно. Я знаю, это больно. Остались только мы вдвоем. Маленькие пальчики висят на курке, Они будто ключики к твоей голове. Но это больно. Я знаю, это больно. Остались только мы вдвоем.