Старый жулик

Старый, старый жулик, Хлеб макая черствый, Одинокой тенью В тишине сидит. А бродяга-ветер Дергает оконце И с утра до ночи На дворе шумит. На коленях руки, В синеве наколок Тянется на волю Сигаретный дым. Был и он когда-то И красив, и молод. Пробежал по жизни Синим молодым. Стынет чай на кухне В оловянной кружке. Эта кружка память С дальних лагерей. И не помнит жулик Матери-старушки, Что ждала до смерти, Плача сыновей. Все добро, что нажил, Все на нем надето. За плечами годы Радостей, тревог. А в душе босяцкой, там, на сердце Где-то Огонёк свободы, Вечный зов дорог. Курит шмаль бродяга, Курит старый жулик. Как в бараке темном Жесткая кровать. Вдруг он встал, поднялся, Заскрипев на стуле, И ушел в ночь молча Снова воровать. Вдруг он встал, поднялся, Заскрипев на стуле, И ушел в ночь молча Снова воровать.