Сёстры

У нас есть всё время мира, пропела весна. Но хватит ли этого времени нам, Чтоб залечить все дыры от ран, Что оставила нам моя старшая сестра? "Я вовсе не хотела ранить", сказала зима. "Прости, что стала так холодна. Мне пора. Мы строили наш храм изо льда. Пусть тебя согреет моя младшая сестра". Что делать, когда сказать уже нечего? Не осталось разумного, вечного. Воздух давит на плечи, избитые речи в пыли Искалечены, не собраны вещью. Но кажется, что-то осталось в углу незамечено, Недосказано и недолечено. Ноет сердце застывшим отслогом, как сечина. Ты смотришь так растерянно и недоверчиво, Будто впервые на чёрную трещину, что мы с тобой Аккуратно задешевали календарями, Плакатами и мгновениями, фото засвеченными. Здесь жило тепло человеческое, но теперь пахнет лишь Человечиной. Я помню небо с алмазами, И нам было плевать, что алмазы те на поверку Оказывались не более чем дешёвыми стразами. Мы смотрели на звёзды, и звёзды подсказывали пути Мимо всякой заразы нам высокими травами и секретными Базами. И, вооружившись только горящей лучиной и Ножиком перочиной, могли выгнать тьму и в ночь Освещали любую пучину. Так как же случилось так? Вокруг разбитые стёкла и сломанные кирпичи. Легкомысленно тебя приручил я рано. Меня приручил ты. У есть всё время мира, пропела весна. Но хватит ли этого времени нам, Чтоб залечить все дыры от ран, Что оставила нам моя старшая сестра? "Я вовсе не хотела ранить", сказала зима. "Прости, что стала так холодна. Мне пора. Мы строили наш храм изо льда. Пусть тебя согреет моя младшая сестра". Казалось, что такой просветлённый, мне нельзя Сделать больно. Весь свой мир вижу таким, Какой он есть, чую его солью. Наблюдаю спокойно с вершины мира, хлеб-трах, где Липитовый трон мой. Как суетной мир тонет в огне, Обречённый на муравьиные войны. А я держал этот мир на ладони. Я держал этот мир под контролем, воедино скоплённым Моей лишь божественной волей, мечтой людовной, Вековой. Я жил от страданий свободный, Праведник, стоик, небожитель и воин, Принявший обет отречения от боя. Но война никогда не бывает где-то там. Она со мной, капитан. Я думал, что весь запитал себя словом. Запятать не продал себя мой капитан. Но где та одну точку теперь запятая? Храм распался и тает. Вера святая не оставила камня на камне от старого Рая. И память моя, что полу слепою швеёю белыми Нитками. Но даже под пытками я не расстанусь Пожитками. склей шибко, но я богат лишь своими Ошибками. Остальное вынимаю. Прощай! Я тебя отпускаю и себя отпускаю. У нас всё время мира, пропела весна. Но хватит ли этого времени нам, Чтоб залечить все дыры от ран, Что оставила нам моя старшая сестра? Вовсе не хотела ранить", сказала зима. "Прости, что стала так холодна. Мне пора. Мы строили наш храм изо льда. Пусть тебя согреет моя младшая сестра". У нас всё время мира, пропела весна. Но хватит ли этого времени нам, Чтоб залечить все дыры от ран, Что оставила нам моя старшая сестра? "Я вовсе не хотела ранить", сказала зима. "Прости, что стала так холодна. Мне пора. Мы строили наш храм изо льда. Пусть тебя согреет моя младшая сестра". У нас Есть весна. Но хватит ли этого времени нам, Чтоб залечить все дыры от ран, Что оставила нам моя старшая сестра? "Я вовсе не хотела ранить", сказала зима. "Прости, что стала так холодна. Мне пора. Мы строили наш храм изо льда. Пусть тебя согреет моя младшая сестра".