Гильотина

Грязные деньги блестят как иконы витрины. Чистые руки здесь миф, как свобода в квартире. Кэш на столе, наш земной шар крутится криво. Ключ далек не к деньгам, рядом промокшая осива. Квартал философий, все пьяные древние греки. Диалект подворотни, спорим до драки о вечном. Я ставлю Тарковского, смертный, TikTok на репите. Мой кореш Платон через пальто с пистолета убитый. Город шатается, за улицами мертвая логика. Каждый билборд как икона гениального промысла. Башни висят над рекой, как гильотина над книгой. Смотрит с неба, а ты нарисованный дымом. Налы небоскребы висят надо мной. Город догорает, я собрался домой. Допиваем лейбл, оставайся собой. Любовь и грязные деньги, я кричу: "Постой!" Налы небоскребы, на сердце покой. Я стреляю в твои шрамы звуком этих битов. Если рай тут невозможен, я найду тебе роль, Где мы прячем всю правду через бури и зной. Любовь. Любовь среди схем, где чеки как цепи на Шеи. Ты веришь меньше меня, укрываешься мехом. Я дарю тебе розы, но корни растут из конвертов. Я не буду хирургом недосказанных мемов. Мы герои романа, где героиня это правда. Каждый тост как глава про святые палаты. Я шепчу о душе, говорить будем завтра. Вижу, что не открыл, в понедельник зарплата. Родина среди коридоров, как лабиринт усманов. Все дети растут у экранов, глотая эту рекламу. Мы пишем трактаты маркером на стенах подвалов. Шум, что нам не слышно, называется налом. Налы небоскребы висят надо мной. Город догорает, я собрался домой. Допиваем лейбл, оставайся собой. Любовь и грязные деньги, я кричу: "Постой!" Налы небоскребы, на сердце покой. Я стреляю твои шрамы звуком этих битов. Если рай тут невозможен, я найду тебе роль, Где мы прячем всю правду через бури и зной. Пьяный город философ, он шепнул: "Живи, как захочешь". Утром, не считая остатков, утоли уютный голод. Я зирю, как на кустом клоуна, ноты закрывают мне Обзор. Меньше, чем положено, Нам не перелезть забор. Налы небоскребы висят надо мной. Город догорает, я собрался домой. Допиваем лейбл, оставайся собой. Любовь и грязные деньги, я кричу: "Постой!" Налы небоскребы, на сердце покой. Я стреляю в твои шрамы звуком этих битов. Если рай тут невозможен, найду роль, Где мы прячем всю правду через бури и зной.